Книга Карбоновое сердце, страница 71 – Марьяна Куприянова

Это был акт милосердия с моей стороны, не иначе.

Соулрайд был одет в неброские, но дорогие вещи – не нужно быть экспертом в моде, чтобы с первого взгляда прикинуть цену. Очень жаль, если они испачкаются в пиве или кетчупе, которые льются здесь рекой. Хотя, пожалуй, армия поклонниц с радостью разденет кумира и вручную все отстирает (если не вылижет), лишь бы добиться его внимания. А я постою в сторонке и полюбуюсь этим цирком, злорадно посмеиваясь.

— …так вот, Нэвилл мне заявил, якобы NASCAR^[11] интереснее, чем Формула–1, – продолжал Саймон, обращаясь ко мне и еще паре гонщиков. – Сара, вот ты бывала на NASCAR? Разницу знаешь?

— Не бывала, – призадумалась я, выуживая из архивов памяти нужные данные, дабы не разочаровать компанию, – но я слышала, что там другая трасса, другие скорости, командная работа, а болиды больше смахивают на обычные автомобили.

— Вот! Вот именно! Ну что интересного в том, чтобы все время ехать по кругу, по кругу, по кругу?.. Один поворот, и все время влево. Вот скукота… так и крышей поехать можно!

— То ли дело ваша загогулина, – пошутила я, имея в виду трек на Гранж Пул Драйв, по форме напоминающую рисунок ребенка с нетвердой рукой или нелюбовью к прямым линиям. – Заскучать не получится, да и разогнаться не успеешь – уже поворачивать.

— Но ведь так интереснее! Больше шансов проиграть, выше конкуренция, море опасных моментов. Нужна стратегия, баланс между разгоном и торможением! Нужно умение вовремя и на нужной скорости зайти в поворот. Рай для азартных болельщиков и комментаторов. За минуту положение дел на треке может полностью измениться! Знаете что? Давайте выпьем за нашу загогулину!

В продолжение вечера я ловила на себе зеленый взгляд долговязого гонщика, чуть более пристальный, чем следовало ожидать. Такое внимание к моей персоне не осталось незамеченным, особенно женской половиной собравшихся. Я старалась общаться со всеми, кроме Гектора, избегала тех компаний, где он вступал в беседу. Так, блуждая от одной группы людей к другой, лишь бы не находиться рядом с Соулрайдом, я много с кем познакомилась, произвела хорошее впечатление и, что самое главное, раздразнила восемьдесят пятого до такой степени, что он уже приобретал цвет своей формы.

Когда Ридли, Пол и я обсуждали Хартингтонов (оказывается, мужчины тоже не прочь посплетничать, да еще как!), выпивая по чуть-чуть ради удовольствия, Гектор направился к нам, сверля меня взглядом так, будто хотел приковать к месту. Ему не понравилось, что я весело провожу время с его друзьями, а от него все время ускользаю. Это вызывало во мне удушающую волну злорадства.

— Ладно, ребят, пойду кое-что спрошу у Генри, – поспешила улизнуть я, пока Соулрайд не приблизился.

— Возвращайся, Сара, – жалобно попросил Пол, которого уже развезло, и нелепо помахал на прощание.

Чтобы сократить путь к бегству, я направилась вдоль кромки круглого бассейна, двигаясь за плотной стеной людей, удачно скрывающих меня. Наполненный почти до краев резервуар все же не вызывал ни у кого желания искупаться – вечер выдался прохладным, к тому же вода не успела прогреться. Но это не помешало злоумышленнице. Внезапно выступив из толпы и очутившись прямо на моем пути, брюнетка в зеленом платье сильно толкнула меня, и я повалилась набок, хватаясь руками за воздух. Даже осознать происходящее толком не успела. Единственное, что врезалось в память, – это песня, которая играла в момент падения. GodSmack – «Bad Religion». А вот и фанатики Соулрайда пожаловали, чтобы наказать такого еретика, как я.