Книга Grunge Pool Drive 85, страница 138 – Марьяна Куприянова

— У вас две минуты, – коротко предупредил я, насупившись, дабы нагнать строгости. Уж я-то знал, как с ними обращаться, не понаслышке.

— Как Ваш настрой, готовы взять кубок? – встряла невысокая женщина в очках с серебристой оправой и нелепом пиджаке не по погоде.

— Я абсолютно спокоен, как ни странно. Еще неделю назад переживал, а сейчас нет. Готов как никогда. Эй, парень, имей уважение, убери диктофон от моего лица. Спасибо. Держись на расстоянии, идет? Я ведь могу и руку тебе сломать.

— А как Вы относитесь к тому, что Ваш главный соперник – Билл – уверен в своей победе на этом важном чемпионате?

— Всячески желаю ему удачи, и пусть победит сильнейший.

— Его родители поставили большие деньги на тотализатор, ведь это неспроста?

— Всем бы такую самоуверенность. Не знаю, чем они думают, когда так рискуют. Видимо, хотят обанкротиться, если не берут в расчет восемьдесят пятого, – отшутился я.

Это вызвало волну одобрения и восхищения, мелькнувшего во вздохах и взглядах. Все эти люди, хотя и выполняли свою работу, что обязывала их быть объективными и беспристрастными, все еще боготворили меня в глубине души, и любой намек на мою силу, на мое превосходство – из моих же уст – вызывал в них трепет. Вот они стоят передо мной и задают вопросы, но в то же время понимают, насколько я недосягаем для них. И просто перекинуться со мной парой фраз – уже радость, неоценимый материал для статьи или репортажа.

— Кого, кроме желтого, Вы считаете своим конкурентом сегодня?

— Всех. Знаете, все это в большей степени всего лишь колесо Фортуны. Перед удачей мы все равны.

— Значит, выиграет тот, кому повезет?

— Откуда мне знать, кто выиграет? Хотите от меня прогнозов? Я не прорицатель. А Вы?

Одобрительные усмешки.

— Это правда, что Вы боитесь проиграть в этом соревновании? Как отреагирует Уотербери, если это произойдет?

— В глубине души сегодня боятся все. Все нервничают. Это слишком значимое событие в жизни пилота Формулы-1. Как первая сессия в институте, как свадьба, как рождение ребенка… А что касается реакции Уотербери в случае моего поражения, это вопрос не ко мне, а к жителям города.

— Ваша спутница – Сара Фрай – какая она?

Я немного опешил.

— Вау. Даже такие вопросы будут? Ребята, а как же кубок? Я думал, сегодня гонки – событие дня!

— Фрай вытащила людей из огня, она что-нибудь об этом рассказывала? Дело в том, что она не дала ни одного интервью по этому поводу. А потом вы с ней начали встречаться.

— Из нас двоих скорее я любитель отвечать на вопросы, – я усмехнулся. – Такой она человек. Не публичный во всех смыслах. Тяжело ей с таким, как я – вечно на виду.

— Так что там об аварии? – напомнили мне, и стало даже смешно оттого, насколько обиженным я себя в тот миг ощутил, не желая разделять свою славу с кем-либо.

— Я помню, девушка. Сара многое об этом говорила. Мне недосуг все это пересказывать сейчас. Это было ужасно, что тут еще добавить? Ей пришлось вытерпеть адскую боль. Но она не жалела о своем решении.

— Вы сказали, ей с вами тяжело. Фанатки достают?

— И это тоже.

— Был слух, одна из них беременна от Вас.

— Действительно? Тогда пусть позвонит мне, я готов пройти тест на установление отцовства, – засмеялся я вполне естественно. – А если серьезно, впервые слышу.