Книга Grunge Pool Drive 85, страница 152 – Марьяна Куприянова

Не помню, как оказалась у Расмуса дома, и почему именно у него. Но меня приняли, как свою, напоили какао с маршмеллоу, выслушали, пропитали грудью мои безостановочные слезы, пожалели и уложили спать – истощенную и покалеченную горем. Все казалось ирреальным, и, засыпая, я очень надеялась, что либо проснусь где-нибудь не в этой жизни, либо не проснусь вообще.

Счастье в Уотербери оборвалось, как нить, не выдержавшая натяжения, и ничего не осталось, кроме зияющей дыры. Как же так, спрашивал меня Гектор. Мне самой интересно, как же так? Разве такое бывает в реальной жизни? Чтобы вот так – больно. Лучше бы я вновь обгорела и две недели валялась в больнице с кровяными волдырями, чем все это. Осознавать случившееся было все более невыносимо. Все те люди и вещи, которые делали меня счастливой, оказались нестабильны и внезапно исчезли. Я помнила об этом каждое мгновение последующей жизни.

Пока Соулрайда не было дома, мы с Расселом забрали из квартиры мои вещи и оставили дубликат ключей, недавно сделанный специально для меня. Встретиться с Гектором еще хоть раз я вовсе не планировала. Знала, что будет еще больнее.

— Неужели ты его боишься? Или настолько ненавидишь? – спросил Расмус.

— Наоборот. Я все еще люблю его. И даже готова простить.

— Так почему бы вам не увидеться?

— Потому что я не собираюсь давать слабину. Я хочу, чтобы его жизнь превратилась в кошмар. Как и моя.

Слезы кончились быстро. Со мною осталось отчаяние, огромное и холодное, как ледники где-нибудь в Исландии. Ощущение после страшного предательства, которое остается с тобой до самой смерти, звенящую пустоту которого ты слышишь внутри себя в течение всей жизни и не можешь от этого спастись. Вот, с чем мне предстояло смириться.

Пришлось перебраться обратно к отцу, вернуться в солнечный Солт-Лейк-Сити, и нельзя сказать, что мне совсем этого не хотелось. Всегда приятно возвратиться к истокам, взглянуть, с чего все начиналось, какой была твоя жизнь прежде. Да и отец несказанно обрадовался. Его бытие вернулось на круги своя, чего нельзя было сказать обо мне. Немного полегчало, когда Уотербери остался позади, покинут мною – безвозвратно.

Но окончательно избавиться от тени полюбившегося города не удавалось. Слишком многое все еще связывало меня с ним. Друзья из тату-салона, безуспешно уговаривавшие меня не уезжать, остались там. Как и многие приятели с Гранж Пул Драйв. Я скучала по ним. Всем. Черт возьми, я сходила с ума от тоски по всему, что бросила ради своего же блага. Сам стадион, тяжелые мрачные ливни, заброшенный облик города, его архитектура, природа, неповторимые дороги, которые я исколесила на железном коне… Я продолжала любить каждую травинку в Уотербери, каждый камушек у обочины, каждую дешевую забегаловку и даже того приятного булочника – одного из первых аборигенов, с которым я познакомилась.

Вернувшись в Солт-Лейк-Сити, я продолжала быть частью Уотербери, душой оставаясь там, на Гранж Пул Драйв, где текла моя кровь, где счастье было неподдельным, пусть и временным, где все эмоции и люди были настоящими, где я узнала, что такое свобода и скорость…

Постепенно я пришла к выводу, что у меня никогда не получится забыть случившееся в Уотербери. Если сравнивать со всей моей жизнью, я прожила там совсем небольшой ее отрезок, но его я помню лучше всего, что со мной когда-либо происходило. Самое необыкновенное время, еще раз доказывающее, что там, где есть радость, обязательно будет и печаль – и наоборот. Уроборос, не иначе. Снова чертов змей кусает себя за хвост, обвиваясь вокруг моей жизни.