Книга Grunge Pool Drive 85, страница 48 – Марьяна Куприянова

Я не вполне осознавала, что происходящее – реальность. Мне не было страшно до того момента, как в груде металла занялось пламя, и легкий дымок взвился на фоне спокойного нежно-розового неба. Я заклинала всех известных богов, чтобы кто-нибудь кроме меня проезжал мимо, но никого рядом не было. Подъезжая, я не могла оторвать глаз от последствий аварии. Ноги со вспухшими венами подкашивались, и я упала с велосипеда.

Автомобиль, а точнее, то, во что он превратился, уже пылал. Огню не нужно много времени: я слышала, как он плотоядно потрескивает в салоне. Превозмогая боль, я поднялась с земли и швырнула свое тело к машине. Ноги и руки слушались плохо, я никогда не была в подобной ситуации и просто не знала, что делать. Еще хуже было, что никто не мог мне помочь.

За разбитыми окнами я разглядела несколько окровавленных лиц – женщина за рулем и двое детей сзади. Находясь без сознания, они в неестественных позах распластались по потолку, оказавшемуся теперь внизу. Хуже всех выглядела женщина. Ее лицо напоминало кровавую кашу, должно быть, из-за удара головой об руль.

— Черт бы тебя побрал…

От страха, беспомощности и вида крови я сама не заметила, как заплакала. Дверцы не поддавались, ни одна не могла открыться, их просто заклинило из-за деформации.

— Сука! Сука! Давай же!

Я взвыла сквозь зубы. Огонь занимался все ярче, все задорнее, он обжигал мне руки, нагревая металл, так что ногти быстро стали черными, а ладони – багровыми. Языки пламени облизывали тела пострадавших, и я с ужасом ожидала, что вот-вот услышу сладковатый запах горелого мяса, но пока что только едкие пары бензина щипали мне глаза и вызывали тошноту. Огонь мерно потрескивал, а мне даже в голову не пришло, что автомобиль может взорваться в любую секунду.

Я ударила ногой в остатки стекла, кинжалами торчащие из оконной раны. Осколки осыпались на землю, но устранить их полностью было невозможно, а тащить через них тело было чревато вспороть его глубокими ранами. Я быстро сбросила с себя ветровку и постелила на раму, по пояс влезла в салон, схватила женщину за безвольную руку и потащила на себя. Лицо обдало таким жаром, что ресницы и брови скрутились и почернели, а губы потрескались.

Медлить было нельзя, и, не жалея себя, я оттащила окровавленное тело к обочине. Оно было таким тяжелым, будто весило центнер, и безвольным, как мешок с овощами. Не проверяя пульса, я бросилась обратно, заметив, что выпачкалась в чужой крови.

С детьми оказалось гораздо проще, девочка и мальчик были худенькими, к тому же не пристегнутыми. На вид я бы дала им не более десяти лет. Я без проблем оттащила их дальше, чем предполагаемую мать, и с ужасом осмотрела свои черные трясущиеся руки.

Неужели все?

Я справилась?

Самое опасное было позади. Тела не подавали признаков жизни, но, проверив сонную артерию у каждого, я убедилась в наличии пульса и выдохнула. В горле першило от гари, меня крупно трясло. Едва я убедилась, что пострадавшие живы, особенно дети, волна адреналина схлынула, позволив боли от повреждений овладеть моим телом. Оставалось сделать еще одну важную вещь, и я кинулась к велосипеду, чтобы схватить телефон.

Пальцы не слушались, без толку скребли по сенсорному экрану, который не срабатывал и не снимал блокировку. Сотовый выпал из рук в траву, и мне захотелось растоптать его, но тут, прищурившись из-за пелены в глазах, я увидела неподалеку несущийся к нам автомобиль. Облегченно подумала – «подмога» – и повалилась на землю, чтобы лечь, как требовало того охваченное жжением тело, и сухо закашляться.