Книга Constanta, страница 120 – Марьяна Куприянова

В два ночи я была дома. Будить никого не стала – просто свалилась на кровать замертво и уснула, ни о чем стараясь не думать. Было больно. Было противно. Было невыносимо. Было так, как было всегда, когда я начинала кого-то любить.

Энтропия – понятие, впервые введённое в термодинамике для определения меры необратимого рассеяния энергии.

Стоит ли говорить, что дома никто понятия не имел, почему я приехала?

Думаю, и так ясно, какие у меня отношения в семье: делиться с ними чем-то личным не имело смысла. Так было спокойнее – и мне, и им. Все поверили на слово, что у нас отменили занятия по выдуманной мною, но очень достоверной причине, и порадовались неожиданному визиту.

Никаких доверительных отношений с мамой у меня никогда не было, поэтому я только глазами могла намекать, как мне плохо, как мне себя жаль, в какую жопу я попала, но она меня не понимала, ей были неясны такие взгляды. Я телепатии от нее не требую, но и рассказать всего случившегося не могла. Она ведь никогда не была в курсе, что и как происходит в моей личной жизни, и это устраивало нас обеих. А сейчас мне нужна была поддержка.

Я чувствовала себя как никогда слабой. Довлатов превратил меня в мякиш. Необходимо было выговориться. Но кому? Я вдруг поняла, что вокруг слишком мало людей, которым я без зазрения совести могла бы с абсолютной честностью поведать что-то о себе. Даже Ольгу, которая вроде бы знает обо мне больше остальных, я берегу от полной информации о собственной персоне. Ни к чему ей знать некоторые факты, просто ни к чему. Всех я берегу: родителей, друзей, новых знакомых. Меня бы кто поберег.

Часов в десять утра на следующий день позвонила Ольга и доложила, что Довлатов-таки приезжал. Сначала минут пятнадцать стоял, опершись на свой «форд» и постоянно кому-то названивая, затем зашел в общежитие «огромными шагами», как описала Ольга, и с очень угрюмым, даже устрашающим видом, но подруга успела смыться из комнаты, чтобы не отвечать на его вопросы. Проследив, она заметила, когда он уехал, и вернулась. Сразу же после этого она позвонила мне: доложить о ситуации и узнать мои дальнейшие планы. Я сказала, что буду писать заявление на академический отпуск.

— Но ведь для этого тебе придется приехать в универ, и не раз. Разобраться со всеми документами, да еще и с общагой, за один день невозможно! Встреча с ним неизбежна.

— Я знаю дни, когда его не бывает в универе. Постараюсь в них попасть. Но пока повременю, в себя прийти надо.

— Как жаль, что все так… вышло. Что тебе придется оставить учебу… Но ты же будешь приезжать к нам в гости? Мы все будем очень скучать по тебе.

— Буду. И вы ко мне с Валеркой приезжайте, – улыбнулась я. – Я планирую снова сменить номер. Сейчас поговорю с тобой и выключу телефон. Как куплю новую симку, сразу тебе скину.

— А что мне отвечать ему, если он меня, как в прошлый раз, в универе поймает?

— Говори, что я перевелась в другой вуз, живу на квартире. Ври все, что угодно, лишь бы отбить у него желание меня найти. А вообще, лучше скажи, что мы с тобой вдрызг рассорились, и ты ничего не знаешь.

— Яна, зачем ты так с ним? А если он тебя действительно любит, и все его слова – не сказки?

— Такого не может быть. Он женат. Это просто временное увлечение, интрижка, ослепившая его. Я просто довольно долго не покорялась ему. А теперь, когда он получил меня, поймет, что больше не нуждается в завоевании неприступной крепости. Так у каждого случается.