Книга Constanta, страница 156 – Марьяна Куприянова

— Я не считала нужным это скрывать.

— Почему? – удивленно спросила декан.

— Потому что ОН не считал нужным это скрывать.

— Хотите сказать, Константин Сергеевич не собирался держать ваши отношения в тайне?

— Именно так.

— То есть, его супруга в курсе? – насмешливо спросила она, думая, что знает ответ. Но мне пришлось ее удивить.

— Она все знает. Он рассказал ей. Я говорила с ней лично. Что Вы конкретно хотите?

Маргарите Михайловне понадобилось секунд десять, чтобы справиться с шоком и перенаправить поток мыслей. Она явно не ожидала такого поворота.

— В данный момент я хочу поговорить лично с ним. А Вас оповестить о том, что буду рассматривать вопрос об исключении, – холодно произнесла она, положив руку на стопку листов. – Это все докладные на Вас. Знаю, Тамара Владимировна обещала забрать свои. Но после этого Вы снова прогуливали, так что все вернулось в прежнее состояние. Вы в очень нехорошем положении, Яна. Вы это понимаете?

— Исключать меня – Ваше право. Вы понятия не имеете, какие у меня были жизненные обстоятельства.

— Однако, как я вижу, у Вас появилось желание учиться? С чего бы это? Я было решила, что Вы теперь считаете себя привилегированной особой и больше в университет носа не покажете.

— Из-за моих отношений с Константином Сергеевичем?

— Да.

— Это не так. И это не имеет отношения к моей учебе. Абсолютно.

— Это Вы так считаете. А на самом деле это имеет самое, что ни на есть, прямое отношение к вашему обучению, – с наигранной грустью сказала декан. – Ваше поведение неприемлемо для студентки, и я буду вынуждена Вас исключить.

— Мое поведение? – я приподняла брови и улыбнулась. Может, рассказать ей, что я беременна от него? Чье поведение тогда будет неприемлемо? Мое или его?

— Ваше.

— Вы хотите сказать, что я с хладнокровным расчетом соблазнила бедного преподавателя и влюбила его в себя? – меня уже пробирал смех.

Поведать бы ей, как он меня ремнем к себе пристегивал, как мы чуть не подрались после конференции, и многое другое… Да только смысл?

— Не забывайтесь, Гарзач.

— Нет уж. Вы позвали меня сюда, чтобы поговорить откровенно? Так давайте же беседовать открыто.

— Я вижу ситуацию в целом, и она мне не нравится.

Не удержавшись, я взорвалась смехом. Маргарита Михайловна строго смотрела на меня.

— Вы не можете видеть ситуации в целом. Уж извините, но это никак невозможно.

— Это еще почему?

— Потому что того, что рассказала вам Елена Вадимовна Завьялова или моя староста – недостаточно, чтобы видеть ситуацию в целом. Не-а. Не-а.

Она молчала.

— А Вы мне скажете, кто из них это сделал? – я подалась вперед, сложив руки на столе. Захотелось быть развязной и грубой с этой надменной женщиной, показать ей, что ее власть и осведомленность – мнимые, что она на самом деле не владеет ситуацией. Мне уже нечего терять. Исключение, я так долго шла к нему.

— Так кто? Ставлю голову, что это была жополизка-староста, не так ли? О, поверьте, лицемернее этой твари я в жизни не встречала!

— Что Вы себе позволяете, Гарзач? Прислушайтесь к остаткам совести, в конце концов!

— Да я все по глазам вижу – это была она. Хоть как-то, но нагадить мне изловчилась… А знаете, почему? Она влюблена в Довлатова и ненавидит меня за то, что он выбрал меня, а не ее. Представляете? – я откинулась в кресле.