Книга Лунь, страница 143 – Марьяна Куприянова

На следующий день они составили синопсис. Тяжело было сжать четыреста страниц текста в десять и при этом не упустить ничего значимого для сюжета, отразить все красоту и оригинальность идеи. Но таковы были требования любого издательства.

— Этот синопсис написать еще труднее, чем сам роман, – сказал Илья, закапывая опухшие глаза.

— Зато в концентрации события выглядят еще поразительнее, – отозвалась Лунь, машинально схватила его ладонь, приложила пальцы к губам.

Им требовалось постоянно касаться друг друга, и это вошло в привычку.

— Раздражает эта фабульность. Сухие факты, как в досье. И твоего чудесного стиля не видно. Пусть читают весь текст, если действительно хотят знать, о чем он!

— Прочтут. Уверяю тебя, прочтут. Но синопсис необходим, Иль. По нему они и решат, стоит ли тратить время на весь объем. Да ты все это и сам прекрасно знаешь.

— Ну конечно же знаю. Господи. А еще аннотацию составлять.

Вилин встал за спиною у девушки, положил руки ей на плечи, обхватил шею, стал разминать – нежно, заботливо, прощупывая каждый шейный позвонок.

— Ничего страшного. Главное – заинтриговать. Любопытство. Обычное человеческое любопытство. Вот, за что мы должны подцепить их. Ведь они – тоже люди, не машины. И мы подцепим. Я тебе говорю.

«Какая же она красивая, – думал Вилин. – Какая гладкая, мягкая кожа. И такие тяжелые непослушные волосы. Ее хочется трогать постоянно».

— Слушай, Лунь, давай, когда закончим, поедем куда-нибудь в люди и просто дадим себе отдохнуть. Я так не могу больше. Сейчас допишем, возьмем Степу и поедем. Поужинаем, где захочешь. М?

— Замечательная идея, – протянула Лена, пробегая глазами строку за строкой.

— Ты меня даже не слышала. Лунь. Как у тебя еще мозги не лопнули.

— Что ты говоришь? Смотри сюда. Как думаешь, здесь нужно убрать местоимение? Просто оно два раза повторяется. Может, разбить предложение на два отдельных? Как ты думаешь? Иль?

Вилин упал в кресло, закрыл глаза, откинулся на спинку, накрыл ладонями веки и нервно рассмеялся.

— Я поняла! – всполошилась Лунь. – Нет, не обижайся, красавчик, я все слышала. Ты устал. Вижу. Сделай мне кофе. Я посижу еще немного. А потом – делай со мной, что хочешь.

Илья Алексеевич раскрыл большие глаза, удивленно взглянул на девушку и ухмыльнулся.

— Все, что хочу?

— Все.

— Это меня устраивает.

Вилин еще немного посидел в задумчивости, утонув в кресле, поднялся и вышел на кухню, двигаясь медленно, будто призрак, плывущий по сцене. Вместе с кофе он принес Лене горького шоколада – он знал, что она его обожает. Поставив все это на стол, мужчина наклонился, кончиками пальцев отодвинул ткань с девичьего плеча – такого круглого и манящего, что хотелось немедленно сжать его, но вместо этого коснулся его губами, затем еще и еще раз.

— Твоя щетина возбуждает, но дома Степка, и он не спит, – прошептала девушка.

— Я знаю. Что, нельзя просто так?

Лена усмехнулась и на ощупь взяла кружку. «Просто так» у Ильи никогда не получалось. Вечно вытекало в предсказуемые последствия. Что, впрочем, никогда не расстраивало.

— Горячий. Не пролей, – предупредил Илья, отодвигая ее волосы в сторону, чтобы погладить губами шею, а может, и укусить слегка.

— Спасибо, Иль, – Лена не отрывалась от монитора, но по ней пробегали мурашки.