Книга Лунь, страница 167 – Марьяна Куприянова

По окончании передачи добрая часть съемочной группы, а также сама ведущая, окружили соавторов ради автографов. У кого-то с собой даже были книги, Илья и Лунь расписывались на обратной стороне обложки.

Прямой эфир смотрели у себя дома Шубейко, Антипов, Степка, Глеб и матерью, Полина, Владимир Александрович, а также множество людей по всей стране, которые читали или не читали «Войну трех», слышали о романе или не слышали, любили или не любили его. Запись выпуска сами соавторы посмотрели гораздо позже.

Сейчас их умы и свободное время занимал новый сюжет. Он развивался в голове, казалось, помимо воли, обрастал все новыми и новыми слоями художественного вымысла, наращивая смыслы, идеи, контексты и аллюзии, превращаясь во что-то весомое, но пока что громоздкое и неуклюжее, как мраморная глыба.

«Война трех» казалась уже прошедшим этапом. Илья и Лунь понимали, что могут и хотят создать кое-что еще лучше, чем дебютная книга. Нечто еще более идейное, многогранное, и вместе с тем – увлекательное, изящное. И соавторы ощущали в себе достаточно сил и творческого запала, чтобы немедленно взяться за кирки и молоточки и начать обрабатывать мраморную глыбу, придуманную ими, дабы превратить ее в произведение искусства. Они предвкушали еще одну большую совместную работу и были рады этому.

«Женщины ведь вникают в суть вещей так, как мужчины вникать просто не способны, – говорила она. – Мы замечаем важные вещи, которые мужчины пропускают».

К. Воннегут «Механическое пианино»

«Я оговорился, прошу прощения. Конечно же, литература не бывает плохой или хорошей. Литература бывает только хорошей, а все прочее следовало бы называть макулатурой».

Бр. Стругацкие «Хромая судьба»

Вскоре после того как Вилина и Лену показали по телевидению, к ним домой пришел странный мужчина лет сорока с хвостиком. Под настороженным взором Ильи незнакомец с порога заявил, что является отцом Луни. Девушка впала в ступор. Мужчина представился Олегом (что естественно, ведь отчество Лены было – Олеговна, и об этом можно было прочесть, где угодно). Но самым удивительным оказалось то, что Олег-самозванец (в чем подозревал его Илья) действительно многое знал о прежней жизни Лены, в частности о ее детстве и матери.

Олег долго убеждал, что он – не обманщик, просил поверить ему и простить за долгое отсутствие, всячески изображал из себя блудного отца с проснувшимися родительскими чувствами. Надо сказать, актерский талант у этого человека имелся. Все попытки Олега приблизиться к Лене, прикоснуться к ней по-отечески или обнять – жестко пресекались Вилиным, который чуть ли не рычал на мужчину, как пес, защищающий любимую хозяйку. В отличие от Луни Илья Алексеевич сохранял трезвость ума и не подпускал мужчину и на метр к девушке, которая потеряла самообладание, услышав факты своей биографии из уст чужого человека.

— Иль, не надо с ним так грубо. А вдруг и правда…

— Вот именно, мужчина. Полегче, пожалуйста.

— Лена, что за бред? Да ежу понятно, что он – самозванец. Увидел тебя по телевизору и решил счастья попытать ради легкой наживы. Мужик, мы что, по-твоему, вчера на свет появились? Факт родственной связи легко проверяется. И мы не побоимся потратить на эту проверку время и средства. И вообще, покажи-ка свой паспорт.