Книга Падает снег, страница 64 – Марьяна Куприянова

— Левее, – подсказала я, не удержавшись, когда заметила, что Алексей уже довольно долгое время не может найти боеприпасы. Я-то прекрасно помнила, как глубоко их спрятали разрабы.

— Не понял, – пробасил Алексей, не оборачиваясь, но я все равно представила, как у него брови сошлись над переносицей. – Это Вы ко мне обращались?

— К тебе, к тебе, – заверила я добродушно. – Гранаты к подствольнику, которые ты ищешь, – левее, за разрывными баками. Сломай коробки и найдешь.

Геймер молча последовал моему совету. Я слышала, как он сопит. А после случилось то, чего я совсем не ожидала. Алексей поставил на паузу и развернулся ко мне полностью на своем вращающемся кресле. В лице его, ясном, с правильными чертами и темной щетиной, читалось подозрение и недоверие. Брови нахмурены именно так, как я себе представляла, а губы сжаты так, что полоса рта напоминает острое прямое лезвие; с маленькой горбинкой нос, а глаза – цвета необыкновенного. Просто голубыми их не назовешь, они какие-то молочно-голубые: не яркие, как небесная лазурь, а матовые, пастельные, будто эту самую лазурь взяли и взбили миксером вместе с белоснежными облаками. Цвет его глаз поразил меня даже больше, чем сутулая фигура, ранее скрытая спинкой кресла, и потому оказавшаяся вовсе не такой, как я ее себе представляла, и потому у меня немножко приоткрылся рот.

Обычные геймеры от малоподвижного образа жизни покрываются слоем жира, а в данном случае этим и не пахло. Подростковая угловатость, вытянутость, длинные руки и ноги. Я вдруг поняла, что если он встанет со своего кресла, то будет настоящий Дядя Степа-великан. Только отросшая щетина и красные глаза говорили о том, что этот человек долго сидит у монитора. Когда я опомнилась, понимая, что нельзя так открыто рассматривать человека, с которым даже не знаком, то заметила, что Алексей смутился. Он словно ожидал увидеть здесь кого-то другого.

— Я Вера, – улыбнулась я. Чувствовалось, что говорить надо таким тоном, каким говорят, когда боятся спугнуть робкое и пугливое животное.

Алексей зарделся. Даже кожа под щетиной, кажется, покраснела. Оттопыренное из-под наушника ухо вообще стало пунцовым.

— Я знакомая твоего брата, – продолжала я неуверенно. – Сегодня утром мы…

— Помню, – прервал Алексей и прочистил горло. – Я Леха, – взгляд его изменился. – Откуда знала про гранаты? – этот вопрос, судя по голосу и по глазам, интересовал его сейчас больше всего на свете.

Но я не успела ответить, хотя мне и не хотелось особо хвастаться. Парень, по ходу, и так был довольно шокирован. Теперь стало ясно, что он – младший брат, а Сергей – старше. В этом не осталось сомнений.

— Смотрю, вы уже познакомились, – бодро ворвался в комнату Сергей. – Леха, ну ты как всегда! чего сидишь истуканом, хотя бы чаю гостье предложил…

— Да мы буквально парой слов успели перекинуться, – оправдывала я бедного Леху, на которого вдруг обрушилось столько потрясений. Парень недоумевающе молчал, глядя то на меня, то на старшего брата. Я прекрасно понимала его чувства: с самого утра в его искусственно созданном уютном маленьком мирке, где есть только он и его компьютер, начинают шастать люди, постоянно отвлекая его от самого главного дела и постоянно что-то требуя. И как на такое реагировать? Не квартира, а проходной двор.