Книга Горбовский, страница 171 – Марьяна Куприянова

Приближалась ночь. В секции находились вирусологи, Крамарь и Логовенко. Все были заняты своим делом с головой, не обращая внимания на остальных. Вдруг Спицына уловила нервный смешок – совсем тихий – со стороны Льва. Кроме нее этого никто не заметил. Она присмотрелась к его лицу – такого выражения на нем она еще не замечала. Смесь удивления, недоверия и веселья. Нервный смех повторился, но теперь чуть громче. На звук обернулись Гордеев и Крамарь, но Лев совершенно никого не замечал. Он с увлечением перелистывал страницы своего журнала записей – туда и обратно, туда и обратно. Сверял что-то. При этом глаза его были расширены, а на губах скользила улыбка.

— Лев Семенович? – Гордеев вопросительно приподнял светлую бровь.

Теперь уж все переглянулись. Лев отодвинул от себя журнал, уронил голову в ладони и истерически захохотал. Локти его рук упирались в стол.

— Это нервное? – шепнул кто-то с беспокойством.

— Я так не думаю.

Марина подбежала ко Льву и отвела его ладони от лица – он смеялся, на глазах выступили слезы. Взглядом она потребовала объяснений.

— Это может сработать, черт меня возьми! – только и смог выдавить Горбовский из себя, ни капли не прояснив ситуацию. – Это может сработать, я вам говорю! Ха-ха-ха, не может быть! Мне не верится, НЕ ВЕРИТСЯ!!!

Горбовский поднялся и потряс Марину за плечи, радостно улыбаясь, но немного не рассчитал силы, и девушка скривилась от боли. Однако Льву было не до этого.

— Я понял, понял! – кричал он возбужденно, и красные от недосыпа глаза блуждали по изможденному и похудевшему лицу, придавая Льву вид сумасшедшего. – Скорее созывайте совещание! Скорее!

Через пару дней самый первый в мире образец вакцины по разработкам Льва Горбовского был получен. Все возлагали огромные надежды на первое испытание, потому что сам факт изобретения этого антивируса уже был мощным прорывом для всей планеты. И этот прорыв, бесспорно, принадлежал Льву Семеновичу. Первая доза вакцины была синтезирована к ночи. Естественно, никто не стал откладывать на завтра, хоть все и были вымучены тяжелым трудовым днем и почти засыпали на ходу. Вакцинировать зараженного подопытного решено было незамедлительно. Поэтому первый опыт происходил ночью.

Это было очень волнительно для всех, особенно для Горбовского. Как человек рациональный, с реалистичными взглядами на мир, он, естественно, не ожидал, что первая же вакцина окажется удачной. Конечно, нет. Это было бы слишком похоже на сказку или какой-нибудь беллетристический роман, автор которого особо не обеспечивает своих героев трудностями, реальными жизненными трудностями и неудачами. Между тем, эти неудачи преследуют нас большую часть жизни, особенно это касается ученых. В неудачах вся суть. Если ты потерпел неудачу, считай, ты двигаешься, и двигаешься в нужном направлении.

Никто и не считал, что эта вакцина сразу же окажется верной. Но если она подействует хоть немного, хоть временно, это будет уже кое-что. Ученые долго говорили о том, что предстоящий опыт можно считать успехом при любом исходе. Даже если подопытный умрет, они просто возьмут его кровь и сделают нечто более сильное. И так до тех пор, пока не достигнут успеха.

— Лев, ты же понимаешь, – прямо перед началом опыта сказал Гордеев, но не договорил, зная, что Лев и так догадывается.