Книга Записки следователя Ротыгина, страница 23 – Григорий Жадько

— Капитан! Кто разрешил врываться в мой кабинет в мое отсутствие и допрашивать там задержанного!!!…!!!…!!!

— Лев Абрамович, напротив, – отчеканил давно приготовленную фразу Родин, – я, зная, что это ваш племянник привел его к вам и думал, что вы сможете поговорить с ним по-отечески. Но вас в тот момент не оказалось на месте. Ни одного вопроса, а тем более допроса в вашем кабинете задержанному я не задал и бесполезно прождав, решил вернуться в свой кабинет, где веду допрос в соответствии с данными мне полномочиями. Ведь так было? – обратился он к притихшему племяннику. Тот обреченно кивнул.

— Подлец!!!…!!!… Подлец!!! Каков подлец!!! – Бросил он на последок, и было не понятно к кому относились его слова к племяннику или Родину. Впрочем, это было уже не важно. Главное чего добивался Боговский, все же ему удалось достичь. Он смог заткнуть племянника и заткнуть, похоже, навсегда. Во всяком случае, главного, что хотел услышать Родин, – о причастности самого Боговского к торговле оружием племянник так и не успел поведать. Олег был очень расстроен, что не спросил об этом с самого начала. Теперь уже поезд ушел, и стоило заботиться о незамедлительных действиях оперативных работников по задержанию брата Боговского, девушки молодого человека и соответствующих обысках в квартирах и гараже. Впрочем, оперативники уже были в пути. Необходимо было только уточнить предварительные распоряжения, которые он отдал сразу при выходе из кабинета Боговского.

Племянник замолчал. Доставленный спустя пару часов Аркадий Абрамович – младший брат Боговского – тоже не отличался многословием.

Родин пошатываясь от усталости, приехал домой к одиннадцати вечера. Светлана встретила заботливо:

— Устал?

— Не спрашивай. Чуть живой.

— Ужин на плите. Накладывать?

— Есть не буду. Помыться и спать.

— Придумал тоже. Бросай эту работу к черту.

— И ты меня бросишь. Зачем я тебе без денег? Ты же знаешь, что я больше толком ничего не умею.

— Проживем… Давай маленько положу.

— Нет! Спать. Перенервничал. Отдохнуть надо.

— Ладно! Хоть встанешь, перекуси. Сыщик. Ноги протянешь со своей работой.

Утром следующего дня, его вызвал Клименко.

— У меня телефон разрывается. Герой! Осиное гнездо в родных стенах МВД обнаружил. Все интересуются подробностями, с минуты на минуту наверно и генерал Васькин отчет потребует.

Родин, стараясь не упустить ключевых моментов, поведал историю взятия двух Боговских, дяди Вани и обнаружения склада с оружием.

— Нажил ты себе врага! А через тебя и я пострадаю.

— Живы будем, не помрем, – весело, но немного неестественно, отрапортовал Родин.

— Д-да-а-а! А позор на все областное управление. Всех в г-вно посадил.

— Это не я!

— Ну расковырял. Я его немного знаю. Ходить тебе в капитанах всю жизнь, если Льва Абрамовича не снимут.

— Что товарищ подполковник, думаете, оставят после такого?

— Трудно сказать. Прямых улик нет. Неисповедимы пути господни.

— Следствие еще в полном разгаре…

— То ты расследовал скрытно. Никто не противодействовал тебе. А тут сам понимаешь. Бандиты, а особенно Боговский, сидеть, сложа руки, не будут.

— А ваша позиция?

— На меня сильно не рассчитывай,…но палки в колеса тоже ставить не буду. Следователь лицо процессуально независимое, – он подошел, глянул в окно, потер затылок, – по идее тебе бы охрану, но сам понимаешь отпуска. Людей раз-два и обчелся. Ты как!?