Книга Пешка. Игра в любовь, страница 60 – Лила Каттен

Я была переполнена гневом и самым настоящим разочарованием.

Мои слова были правдивы. Я всегда стремилась за ней. Я брала с нее пример. Я хотела заслужить ее одобрение. Я хотела, чтобы помимо матери, мной гордилась эта женщина, что стояла передо мной.

Теперь же, она вызывала отвращение.

Макс был прав в том, что я все видела в ином свете. Не желала видеть дальше и глубже, хотя сама прошла в жизни немало. Но мудрее и дальновиднее, к сожалению, не стала.

— Тогда скажи мне, Женя, – она скрестила руки на груди. – Иван мне солгал о матери? Солгал о том, что твоя мать в тюрьме за… За…

— Убийство? Мать, которая пыталась спасти своего ребенка от смерти? Считаете, она должна была смотреть, как меня избивает отец и пытается убить? Да что вы вообще обо мне знаете, пытаясь судить? Вы можете сколько угодно давать интервью и рассказывать о своем «разочарованном сердце», но ниже упасть уже не сможете.

В этот момент подоспела Лена с коробкой, полной моих вещей лишь наполовину. И мы вместе пошли на выход.

Ольга Федоровна так и не двинулась с места.

Я уходила твердо. Словно именно сейчас поставила точку. Будто уходила сама, а не потому, что меня прогнали.

— Ну ты дала речь, – Лена похлопала в ладоши, когда мы отъехали от фонда.

— Думаешь? Я не специально, само как-то.

— Это было шикарно. Лицо ее видела? Будто кто-то пописал на нее лимоном.

— Фу, Лена… – она громко рассмеялась, а я сама улыбнулась.

— Ну правда. Представляешь, ей кто-то говорит о том, что она упала ниже плинтуса. Же-е-есть…

— Не стоило ей говорить о маме.

— Почему?

— Было похоже на оправдания и давление на жалость. И что, если она это против меня и мамы пустит?

— А что ты сказала? Что спасла тебя мама и все. Что тут можно перевернуть?

— Не знаю, просто она скоро выйдет на свободу. А я не хочу, чтобы ей тыкали в лицо чем-то.

— Думаю, она у тебя все прекрасно поймет.

— Надеюсь, – ответила и продолжила рулить по улицам города, который сейчас был слишком холодным несмотря на осень.

Внутри все равно оставалась доля сомнений, о том, как мама отнесется к моей неудаче.

* * *

— Точно решила? – Лена стояла у багажника моей машины, когда я уже хотела его закрывать.

— Да. Лучше быть подальше отсюда, ближе к маме.

Она грустно посмотрела, и я заметила слезы.

— Буду скучать.

— Хорошо, что я не уезжаю из страны, не так ли?

— Не смешно. Другой город, не то же самое, что полчаса на машине, и мы встретились.

— Мне нужно время. Время все обдумать и прийти в себя. Побыть с мамой.

— Понимаю.

Мы обнялись, и я села в машину, чтобы не разреветься сильней.

— Напиши, как доедешь.

— Конечно. Будем на связи.

Моя улыбка погасла, как только я проехала немного вперед и влилась в поток автомобилей.

Когда я впервые сюда приехала, я видела будущее в ярких и прекрасных красках. Сегодня палитра была настоящей. Ничего яркого. Ничего светлого. Лишь правда.

Частично оплаченный ремонт заранее почти завершился. Буквально освежили стены и общую обстановку, этого было вполне достаточно, чтобы внутри стало уютно и по-домашнему.

Я купила кое-какую мебель и кухонную утварь практически перед приездом мамы. А еще плакат, который повесила сразу, прежде чем сесть в машину и поехать за ней.

Мама появилась в воротах. Такая маленькая и худенькая. Слегка потерянная, но боли родная.