Книга Пешка. Игра в любовь, страница 94 – Лила Каттен

— Вот как. И что? Каждый в городе кто интересуется…

Но он недослушал, подняв руку и буквально заставил заткнуться.

— Он рассказал о ваших планах.

— О моих планах? Вы о чем?

— Фонд помощи жертвам домашнего насилия. Вы принесли план?

— А… Я… Простите, кто вы?

— Вы принесли план?

— Да принесла, потому что так сказал Макс. Но я не понимаю, с кем говорю.

— Я назвал вам свое имя.

— Этого недостаточно для человека, который пришел и требует от меня отчет.

— Он говорил правду. Упрямая.

Усмехнулся тот и откинулся на спинку стула.

— Мы с Максом познакомились в тюрьме.

— Прекрасно, – хлопнула в ладони злясь.

— Я законник.

— Надо же. Просто находка для знакомств, – продолжаю комментировать.

— И я помогу тебе, Евгения с фондом.

Я заткнулась.

— В каком смысле?

— В прямом. Одна услуга, на которой мы сочтемся и помогу от начала и до конца.

— У меня не может быть ничего, что я могу вам дать.

Уже собралась встать.

— У тебя будет фонд.

— Нет, не будет. Я в этом плане персона нон грата.

— Будут спонсоры, репутация. Все как надо.

— Знаете, я уже боюсь спросить, какой будет цена.

— Раз в месяц вывод денег.

— Вау, а я почти поверила. Спасибо за встречу, Виталий Кондратьевич, – встаю и забираю свою сумочку.

Дохожу до двери, когда слышу продолжение разговора, ведь сам мужчина и не пошевелился.

— Ты ведь не думала, что в этом бизнесе все чисто?

— Нет, не думала. Я знала, что в моем случае все будет иначе.

— Тогда ты можешь продавать носки на рынке.

— Не нужно мне говорить о том, что все покрыто красивой грязью. Тот фонд, что я боготворила, был таковым. А если я буду создавать свое, то без фальши и сомнительных предложений.

— В фонде Поповой, деньги воровали. Забирали у детей. В твоем я буду проводить лишь сумму, определенную без ущерба.

— Как сладко. И для этого закон существует? – встала к нему лицом, скрестив руки на груди.

— Вот что я тебе скажу. Ты можешь развернуться и уйти. Можешь выслушать и сделать выводы. Согласиться, отказаться. Но одно тебе все же стоит понять – в фондах нет кристальной репутации. Думаешь фонд, который занимается разруливанием ситуации с детьми, чист?

— Чище, чем тот, в котором я работала.

— Неужели?

Я кивнула, но испытала сомнение.

— Знаешь, кто его настоящий владелец?

— Роза Артуровна.

— Мэр.

— Что? Это же бред.

Я почти рассмеялась. Но смотря на серьезное лицо мужчины, передумала это делать.

— Они все кому-то обязаны. И кому-то делают услугу.

Макс

Она пришла ко мне. Впервые за те месяцы, что я тут.

Пока шел по этим коридорам, уже был в предвкушении, но стоило войти в комнату, где меня ждала Женя, я наполнился чувством эйфории. Нет, это было, скорее всего, что-то другое. Но это было приятно, однозначно.

Девушка нервничала. И я отчего-то перенимал по крупице ее состояние. Порабощал и делал своим.

Когда дверь закрылась за мной, она стояла напротив. А после сделала шаг.

— Привет, красавица, – улыбнулся и притянул к себе.

Такая вся мягкая и приятная. Хрупкая. Высокая.

— Здравствуй, – шепнула так, чтобы даже я не слышал, крепче прижимаясь.

— У нас в распоряжении эта великолепная кушетка. Только свистни, – поддразнил, но шутка не удалась.

Она стояла по-прежнему молча, и также крепко обнимая за талию.

— Все хорошо? – разволновался и оторвал от себя.