Книга Доверие, страница 203 – Мари Мур

В это мгновение меня обнимает Кэш, отрывая мои ноги от пола и кружа меня в воздухе.

— Жасмин, я знал, что ты сможешь.

Кэш редко показывает свои эмоции, но я ясно чувствую в его голосе радость, которую он испытывает за меня. Как только он ставит меня на пол, я оставляю поцелуй на его щеке, заросшей щетиной.

— Спасибо, – говорю ему я. – Ты – лучший друг.

— Дайте поздравить мою сестру, – за моей спиной ворчит Даниэль и буквально выдергивает меня из объятий Кэша.

Брат прижимает меня к груди, и в мои ноздри проникает запах его одеколона. Он так похож на тот, которым пользовался папа. Я пытаюсь не заострять на этом внимание, но к моим глазам все равно подступают слезы. Боже, как мне хочется, чтобы в этот момент со мной были мама и папа.

— Я ужасно горжусь тобой, Кристи, – говорит Даниэль, и, отстранившись, я вижу сияние в его глазах.

— Спасибо, – я выдавливаю из себя улыбку и заставляю голос звучать спокойнее. – Вы не можете оставить меня? Я бы хотела поговорить с Десмондом наедине.

Поочередно я смотрю на Даниэля и Кэша. К моему удивлению, брат хлопает по плечу Аматорио-младшего и предлагает ему выпить за мои начинания в университете. Вскоре они уходят на террасу, предварительно захватив с собой пиво из холодильника.

Я усаживаюсь обратно на диван и встречаюсь с прищуренным взглядом Десмонда. Он внимательно на меня смотрит, словно пытается поймать меня в фокус камеры.

— Надеюсь, мой брат не убьет твоего брата, – я вновь заставляю себя улыбнуться.

Десмонд ничего не говорит. Он продолжает смотреть на меня и держит паузу до тех пор, пока тишина не затягивается.

— Крис, что с тобой? – вдруг спрашивает он.

Я подпираю голову ладонью и прикрываю глаза, почувствовав внезапную опустошенность. Десмонд видит меня насквозь. Он улавливает то, что ускользает от других ушей и глаз.

— Я серьезно, Крис, – настаивает Десмонд. – Расскажи мне.

В прошлом я бы непременно сменила тему и старалась отвлечь Десмонда другим менее болезненным разговором. Но я не собираюсь топтаться на собственных ошибках. Я буду откровенна с любимым и признаюсь в том, что скрываю даже от собственного брата.

Выдохнув, я открываю глаза и спрашиваю так тихо, что с трудом слышу собственный голос.

— Ты точно хочешь выслушать мое нытье?

— Да, – уверенно отвечает Десмонд. – Я хочу, чтобы ты была честна со мной.

Я нервно сглатываю и киваю. А дальше начинаю рассказывать Десмонду, как мне не хватает мамы и папы. Как мне хочется, чтобы они разделили значимый момент в моей жизни.

Все это время Десмонд внимательно меня слушает, не отводя глаз. Так, словно во всем мире для него нет ничего важнее меня и моей внезапной вспышки печали.

— Наверное, они бы гордились за меня, – шмыгнув носом, говорю я. – Может быть, после такой новости они бы простили ту Кристи, которая разводила туристов на деньги.

— Детка, не смей винить себя в своем прошлом, – мягко возражает Десмонд. – Именно твое прошлое сделало тебя такой, какая есть ты сейчас.

— Та, которая влюбила в себя самого отъявленного говнюка штата? – я слабо улыбаюсь ему сквозь слезы.

— Бери выше, – усмехается Десмонд. – Твой отъявленный говнюк вышел на международный уровень.

— И как твоя корона на голове не мешает, когда ты надеваешь гоночный шлем?

— Все просто, – Десмонд подмигивает мне. – Ты же знаешь, что у меня огромный член… То есть, шлем.