Книга Замерзший, страница 30 – Эрин Боумен

— Ага. - Она поднимает брови и тычет мне пальцем в грудь. - И ты должен остаться со мной.

— А это означает, что ты тогда тайком убежишь из собственной палатки до рассвета? Или я должен буду вернуться к себе после моей смены?

— Я действительно не хочу сегодня ругаться, - хмуриться Бри.

Но это то, что у нас лучше всего получается, так и хочется мне сказать.

— Давай просто посидим некоторое время, - предлагает она. - Договорились?

У меня достаточно времени перед моей сменой и так как я не очень устал, я соглашаюсь. Мы разводим небольшой костер и сидим с видом на океан и палаткой у нас за спиной. В воздухе много соли, а волны бесконечны. Они кажутся слишком беспокойными, чтобы дать человеку поспать. Просто когда все полностью замирает, приходит новая волна и обрушивается на землю: постоянное напряжение.

Внезапно, с воды раздался звук, похожий на грустный зов. Он был одинокий, жуткий и протяжный. А потом еще один, в ответ. Два эха друг друга выли в вечернее время.

— Гагары, - сказала Бри. Я не слышал о такой птице, но раз она знает, как их звать, я, конечно, не подвергаю это сомнению.

— Они грустно кричат.

— Но это некая тихая грусть, тебе не кажется?

Они снова кричат, и мне кажется, я понимаю, что она имела в виду. Есть что-то горькое и тоскливое в их воплях.

— Если пара разделяется, они зовут друг друга, пока они не воссоединятся, - объясняет она. - Они всегда прилетали к нам летом в Солтвотер. Их всегда можно услышать, когда сгущаются сумерки. Под их песни я засыпала, как и под шум волн, но птицы зимой мигрируют, как мне кажется в более теплые воды. Если честно, здесь, возможно, не достаточно тепло для них, и опять же, воды не хватает. Возможно, затопление изменило их привычки.

Гагары снова крикнули. Бри сжимает руки и дует сквозь пальцы. Свист, который возникает во время этого действия, поразительно похож на крики птиц на воде. Красивый, запоминающийся и совершенный.

Бри показывает мне, как складывать руки, как сгибать пальцы, куда дуть. Когда она это делает, то кажется, что это так легко, но после нескольких попыток, у меня ничего не получается, кроме как беззвучно дуть в свои ладони.

— Это невозможно.

Она стреляет в меня неумолимым взглядом.

— Это заняло у меня почти месяц, когда я была ребенком, чтобы научиться так делать. Если бы у тебя получилось после двух минут, я была бы в ярости.

— Зная, насколько редко ты злишься на что-то, я не хочу упустить такую возможность. - Я резко засучиваю рукава и складываю руки. Я без успеха дую на них, но гагара голосит в этот же момент. - Посмотри на это! Безупречно.

Я ожидаю ехидного комментария, но этого не происходит. Я поворачиваюсь и вижу, что Бри смотрит на шрамы от ожога на моем левом предплечье. Они выглядят более выраженными в свете костра: неровная кожа, изменение цвета. Интересно, в каком состоянии была бы моя рука, если бы Бо не вытащил меня с пылающей платформы так быстро. Когда Эмма ухаживала за мной, она сказала, что мне повезло, и что рубцы не будут слишком резким. Но даже до сих пор, моя рука все еще не выглядит лучше.

Бри кладет руку на мою кожу, как будто она не видела до этого ожога, как будто она не проводила нашу первую ночь вместе водя своими ладонями по моим шрамам и не целовала мои руки от пальцев до локтя.