Книга Замерзший, страница 69 – Эрин Боумен

— Клади на пол свой пистолет и мы но’мально пообщаемся, - говорит Титус Бри.

— Откуда мне знать, что ты не перережешь ему горло, когда я опущу пистолет?

— Ты п’осто должна мне дове’иться.

— Чего это?

— Если ты этого не сделаешь, я пе’ебью всю твою команду.

Бри переступает с ноги на ногу.

— Ты блефуешь.

Но я понимаю, что он говорит правду. Я вижу это в его налитых кровью глазах. Мы были неправы думая, что эти люди здесь нуждались в нашей помощи, что мы могли бы убедить их присоединиться к нам, превратить их тюрьму в наше убежище. Это было неправильно.

— Бри, - говорю я. Кинжал Титуса режет мою шею. - Это того не стоит.

— Я не могу это сделать.

Они слишком рассредоточены. Она только успеет выстрелить, может дважды в лучшем случае, прежде чем один из нас умрет.

— Ты хороша, но ты не настолько хороша для всего этого. Никто из нас бы не смог. Если ты умна, ты признаешь это.

Ее рука дрожит, переводя ствол пистолета между Титусом и его людьми. Бри сглатывает и опускает оружие. Титус выхватывает его у нее. Он поворачивается лицом к голой стене, и нажимает на курок шесть раз. Мои уши закладывает, в голове стучит и пульсирует от выстрелов в закрытом помещении.

Титус улыбаясь, передает пистолет обратно Бри.

— Насколько убедительным оно было до э’ого момента, не ‘ак ли, да?

Она смотрит на пистолет, теперь просто пустой кусок металла. Ее челюсти сжимаются. Она бросается на него, но кто-то, стоящий вдоль стены, прыгает, чтобы сдержать ее.

Титус оборачивает цепь вокруг своей ладони.

Он ударяет Бри три раза, прежде чем мне завязывают глаза и вытаскивают из комнаты.

Меня кидают на холодную землю. Боль вспышкой проходит через мои плечи к моим рукам, когда их связывают сзади. Потом моя рубашка распахивается. Позже наступает момент, когда жало иглы, не пытаясь быть аккуратным, зашивает мой разрез на груди. Мой рот затыкается кляпом, когда я не переставая зову Бри и остальных.

Когда рана зашита и повязку с глаз наконец-то снимают: я вижу, что нахожусь в темной комнате, наполненной трубами и столбами, и как ни странно одинаковыми по размеру металлическими баками. Стало совсем темным темно, когда ушел лекарь, закрыв за собой дверь. Теперь моя единственная компания - это мерцание свечи находящейся от меня вне досягаемости.

— Эй! - кричу я через мой кляп. Мой голос разносится эхом по темной комнате. Я пытаюсь встать, но мои руки связаны не только за спиной, но и вокруг столба. Я кручусь, пытаясь освободиться, и чувствую, как напрягаются мои швы от движения.

— Эй! - кричу я снова. - Развяжите меня!

— Они не придут, - отвечает мне кто-то. Джексон.

Я приспускаюсь на пол и заглядываю под металлический бак за столбом, к которому я привязан. Я едва-едва могу разобрать его с другой стороны, сидящего ко мне спиной.

— Джексон. Ты можешь развязать меня? - Из-за кляпа мои слова произносятся нечетко, но, кажется, он понял меня достаточно хорошо, потому что он смеется.

— На фиг мне тебе помогать? И, кроме того, я не могу. Я тоже связан...

— А где остальные?

— Сэмми и Клиппера куда-то утащили. Я не знаю, где держат их.

— А Бри? - спрашиваю я заискивающе. - Что насчет Бри?

— Титус бил ее пока она не отключилась. Потом меня затащили сюда, но ты был слишком занят, крича, чтобы услышать, когда они меня сюда притащили. Я больше ничего не знаю.