Книга На горизонте – твоя любовь, страница 132 – Нетта Хайд

–Я приехала сюда на машине Джереми, – спокойно отвечаю на его предложение, – поэтому смогу добраться сама, спасибо.

Он кивает.

В этот момент между нами повисает тяжелая тишина. Я разворачиваюсь, подхожу к машине, сажусь и чувствую, как сердце колотится слишком быстро, как будто боится чего-то. Не успеваю даже тронуться с места, как меня накрывает осознание.

Что за безумство я собиралась сделать? Как я вообще могла подумать о подобном?

На дороге мои мысли снова и снова возвращаются к тому, что могло произойти и тому, против чего я уже не могла ничего предпринять. Он открыл мне слишком много за какие-то полчаса… А я… я не готова раскрыться перед ним полностью, показать каждую болезненную точку, что все еще болит внутри меня при любом упоминании моего прошлого.

Я не могу показать, что со мной происходит. Я не могу быть с ним честной, а на лжи – пропасть между нами будет становиться все больше и больше, затмевая все прекрасное, что могло бы у нас быть… Очередная ложь. Ничего прекрасного у него с таким человеком, как я – не было, нет и быть не может. Больно, да, но это мое предназначение, против которого я не могу пойти.

Я въезжаю в темный двор дома Санни, но в голове вертится только одна мысль – что будет дальше? Смогу ли я удерживать свои мысли в здравом уме? Или каждый раз, когда я буду рядом с ним, мой разум будет окутан густым облаком любви к нему, которое никак не удастся развеять? Возможно, если бы не произошедшее сегодня, я бы смогла удержаться, но после всего, что я увидела, услышала и почувствовала, кажется, держаться будет все труднее.

Не дождавшись Хантера, я быстрым шагом поднимаюсь в комнату и, не справившись с перегрузкой эмоций, хватаю телефон. Звоню Эви – единственному человеку, который может понять мои мучительные мысли до самого конца.

— Эви, как у вас дела? – начинаю я почти с отчаянной попытки отвлечься, надеясь направить путаные мысли в другое русло.

— Прекрасно. Себастьян уютно устроился у меня на животе, мурлычет, вцепившись в мою футболку, – отвечает она с легкой улыбкой в голосе.

— Значит, он доверяет тебе… – говорю я, но даже не слышу себя.

— Как ты, Тея? – спрашивает она, словно уловив неладное. – Как прошел первый день?

— Потрясающе… – вздыхаю, поднимаясь с кровати и направляясь к окну.

Глаза непроизвольно наполняются слезами. Моя попытка отвлечься проваливается так и не осуществившись. Неужели, гормоны Санни заражают собой воздух, и я теперь тоже буду без повода плакать и истерически смеяться?

— Снежинка моя, я слышу, что ты говоришь неправду… – мягко начинает Эви. – Тея, я безумно хочу тебя обнять, позволить тебе выплакать все слезы из глаз…

— Я в порядке, Эви. Я справлюсь. Я смогу. – Мои слова звучат больше для самой себя, нежели для нее. – Я смогу прожить свою жизнь… счастливую жизнь. Смогу ведь, да?

— Конечно, сможешь, Тея, – уверенно отвечает она. – Я всегда рядом. И Хантер любит тебя. Не смотри на его отца – слушай свое сердце.

— Я именно его и слушаю.

Закончив разговор, я возвращаюсь в комнату, падаю лицом в постельное белье, вдыхая нежный аромат лепестков роз, рассыпанных по мягкой поверхности.

Еще один важный пунктик: если я когда-то по-настоящему выйду замуж, ни за что в жизни не буду настаивать на том, чтобы первая брачная ночь происходила на подобной кровати. Первая брачная ночь с моим настоящим мужем начнется до того, как мы переступим порог спальни. Возможно, сразу же после клятв любви и преданности друг другу. А может, еще до того, как мы войдем в Собор Святой Софии или, как говорил Хантер, приедем на пляж Малибу…