Книга На горизонте – твоя любовь, страница 226 – Нетта Хайд

Он снова замолкает, и я замечаю, как в его глазах появляются слезы.

— Когда я приехал туда снова, несколько месяцев назад, мне сказали, что такого человека никогда здесь не было. Я начал сходить с ума, думал, что все это было иллюзией, моим воображением. Но я продолжал приезжать туда снова и снова, и каждый раз меня отправляли куда подальше. В один из таких дней мимо меня прошла пожилая женщина, уборщица, и случайно уронила бумажку с адресом. Я поехал туда и молился, чтобы она оказалась там… но ее там не было.

Он останавливается, всматриваясь в одну точку перед собой.

— Я думал, что это конец. Я думал, что больше не увижу ее никогда. Но произошло еще одно чудо, словно судьба сама подкидывала нам испытания и связывала нас. В тот день я до поздней ночи сидел под воротами, и когда уже собирался уезжать, увидел ее силуэт. Я был уверен, что это она. Она была с каким-то молодым парнем, и я следовал за ними, пока не оказался здесь, – говорит он, закрывая глаза и делая несколько тяжелых вдохов. – Я долго не решался зайти к ней. Я боялся, что она снова не узнает меня. Я боялся, что ошибся тогда. Я боялся, что этой женщиной окажется другая.

Он долго молчит, позволяя мне переварить услышанное.

Сейчас я еще раз убеждаюсь в том, кто такой Джеймс Каттанео. Все, что он делал с Теей, он делал и с моей мамой, но, если моего ангела он ранил тремя выстрелами, то маму он разрушил, отравляя ее медленно, уничтожая все живое внутри нее.

— Я не смог избавить ее от мучений, которыми ее наградил Джеймс. Но я проживал каждое мучение вместе с ней. Я не прощу себя за это. Я не прощу себя за то, что предал ее. Я не прощу себя за то, что не смог вытащить ее. Я не прощу себя за Луизу и не прощу за Беатрис. В моей жизни было две женщины, которых я мог любить, но обеих я потерял…

Я отхожу к урне и выбрасываю окурок. Достаю из кармана телефон и ищу номер Коннала.

— Эван, ты еще можешь исправить ошибки. Луиза ведь жива, – начинаю я, нажимая на кнопку вызова, – как и Беатрис.

— Хантер, не время для шуток.

— Тея во время фиктивного брака на тебя хорошо повлияла, – хмыкнув, произношу я, вспоминая, что она то же самое сказала мне вчера.

— Да, Хантер. Что-то с Теей? – Коннал отвечает на видеозвонок, и я перевожу взгляд на экран.

— С Теей все в порядке, она со мной. Где Би? – спрашиваю его, бросив взгляд на нахмуренное лицо Эвана.

— Ее тошнит, она сейчас…

— Все нормально со мной! – внезапно кричит Беатрис, перебивая Коннала. – Я просто переела апельсинов, а маленькому человеку внутри меня, похоже, это не очень понравилось.

Она подходит к Конналу, и я поворачиваю телефон экраном к Эвану.

— Папа? – Дрожащий голос Беатрис звучит так, как будто она готова разрыдаться или, наоборот, закатить неистовый, полнокровный крик.

— Би… Беатрис, девочка моя, ты… – Эван замирает. Его голос становится бесцветным, как будто он боится произнести что-то неправильно.

— Папа, – начинает она с придыханием. Я передаю ему телефон, понимая, что сейчас самое время для этой правды.

Медленным шагом я направляюсь обратно в сторону сада, чувствуя, что сделал что-то хорошее. Останавливаюсь на приличном расстоянии, замечая нереальную картину.

Тея, мой ангел с дьявольскими повадками, лежит с закрытыми глазами на коленях моей мамы. Она такая безмерно уязвимая и в то же время прекрасная сейчас. Мама излучает тепло, нежно гладя распущенные волосы Теи и что-то тихо рассказывая ей.