Книга На горизонте – твоя любовь, страница 75 – Нетта Хайд

— Я из тех придурков, которые хотят напомнить тебе о том, что ты – моя, Тея.

— Я. Не. Принадлежу. Тебе, – бросает мне в лицо с яростью и злобой, но в ее глазах проблескивают и другие, еле заметные эмоции.

— Ангел, я так люблю, когда ты злишься, – провожу ладонью по ее лицу, нежно скользя пальцами по щекам, опускаясь плавно к шее, а затем к талии.

Я замечаю, как она выгибается навстречу моим движениям. Ее тело, вопреки словам, откликается на мои прикосновения. Она старается оставаться жесткой и неприступной, но я вижу, как тонкая грань между ненавистью и страстью стирается. Ее дыхание становится тяжелым, каждое слово дается с трудом, словно она борется не только со мной.

В ее глазах я вижу боль и гнев – но и нечто большее. Желание и страсть, спрятанные глубоко внутри, медленно вырываются наружу. Мы оба знаем, что эта схватка не закончится просто так. Я чувствую, как размываю барьеры, которые она выстроила вокруг себя.

— Ты не можешь отрицать, что тебе это нравится, – шепчу я, чувствуя, как она дрожит под моими руками.

Ее тело предает ее: руки слабеют, дыхание сбивается, и она не может сдержать инстинктивные стоны, которые вырываются из глубины ее груди.

Ее глаза закрываются на мгновение, губы слегка приоткрыты, словно она хочет что-то сказать, но передумывает. Я наклоняюсь ближе, и тогда она шепчет в мои губы ту фразу, которая до жути начинает меня бесить:

— Ты хочешь меня изнасиловать?

— Насилие считается насилием, если человек против, – отвечаю, стискивая зубы, чтобы не поддаться импульсу, который бушует внутри меня, – а судя по твоему учащенному дыханию, пылающему огню в твоих глазах и разрывающему грудную клетку биению сердца, сейчас ты согласна на все.

— Хорошо, – говорит она, убирая свои руки в стороны и полностью расслабляясь подо мной. – Давай, Хантер, покажи мне себя настоящего. Трахни меня, остуди свой пыл, раз тебе так хочется. А я, в свою очередь, так уж и быть, потерплю. Обещаю, громко кричать и сильно плакать не буду.

«Она сейчас серьезно, черт возьми? Что с ней происходит?! По ее мнению, я – тот, кто может взять ее без ее же согласия? И это она мне говорит, что я псих? Браво, ангел, десять из десяти».

— Помнится, раньше ты считал меня шлюхой, – добивает меня своими тупыми доводами, которые, блять, я правда когда-то ей говорил. – Так давай, – она начинает улыбаться, смотря в мои глаза с огоньком безумия, – поступи со мной так. Ну же, чего замолчал? Почему остановился? Не хочешь меня? Передумал? Или хочешь, чтобы я сопротивлялась? Прости, но с меня хватит.

Каждое ее слово неприятно барабанит в голове, отдаваясь глухими ударами в груди.

«Шлюха».

«Трахни».

«Я потерплю».

«Поступи со мной так».

— Трахну, когда сама попросишь, Тея, – уверенно отвечаю, несмотря на все, что она только что вывалила на меня. – Обязательно сделаю это и наполню пространство каждым твоим стоном, – говорю, чувствуя, как эти слова воспламеняют воздух между нами, – стоном, от которого будут появляться мурашки по коже, а горло болеть до такой степени, что ты на пару дней забудешь, что умеешь говорить.

Я вижу, как ее глаза расширяются, в них танцует смесь раздражения и ожидания, и это только подстегивает меня.

Моя уверенность превращается в почти осязаемую силу, готовую прорвать любые преграды. Я ощущаю, как ее дыхание становится частым, как грудь поднимается и опускается, касаясь моей, как ее тело откликается на мои слова.