Книга На горизонте – твоя любовь, страница 76 – Нетта Хайд

— Каждый стон, Тея, будет греметь громче любого твоего сопротивления, – наклоняясь ниже, я почти касаюсь ее губ, чувствуя их тепло и нежность, которую она скрывает за маской жесткости. – И каждый раз, когда ты будешь произносить мое имя, твой голос будет дрожать от возбуждения и боли одновременно.

Она смотрит на меня, ее глаза, полные огня и противоречий, пробегают по моему лицу.

— Не будь таким самоуверенным.

— Не будь такой упрямой.

— А ты не пытайся вернуть то, что уже давно не имеет смысла.

— А ты не пытайся делать вид, что между нами никогда ничего не было, – заявляю я, продолжая рушить ее невидимые барьеры.

— А разве что-то было? – нахмурившись, уточняет она, словно внезапно потеряла память.

— Тебе напомнить? – иронично интересуюсь, задевая своими губами ее губы

Она не сопротивляется. Не делает попыток отвернуться.

Она позволяет.

Сдается.

Тея закрывает глаза, словно готова принять все, что произойдет дальше. Казалось, она намеренно играет роль импульсивной стервы, чтобы получить от меня максимум эмоций и действий.

Я почти получаю то, чего хочу, когда дверь ванной резко открывается, и женский голос разрывает несостоявшийся поцелуй:

— Тея, боже, ты была права: горячий душ – это оргазмический кайф!

Я поворачиваюсь и вижу девушку в полотенце. Она наклоняется, чтобы тщательно вытереть мокрые волосы, затем откидывает голову назад и смотрит на нас. Ее лицо скрыто тканевой маской в виде панды.

— Ой, пардон, я не знала, что у тебя гости, – добавляет она, поправляя полотенце на груди и направляясь туда, откуда только что вышла.

— Гость уже уходит, – сообщает Тея, отталкивая меня, но я все же оставляю ей напоминание о нас в виде легкого поцелуя, и затем поднимаюсь с нее.

Она встает следом, поправляет свой сарафан и усердно вытирает рот тыльной стороной ладони. Я улыбаюсь, наблюдая за этим спектаклем, разыгранным исключительно для меня. Затем подхожу ближе, хватаю за щеки и целую снова, на этот раз более настойчиво, оставляя ее губы жаждать большего.

— Забыла? – шепчу, заглядывая в ее глаза. – Если еще раз вытрешь рот, мои губы больше не оторвутся от тебя. Запомни, вбей это в свою светлую голову, ангел. Каждый раз, когда увижу, как ты это делаешь, я зацелую каждый дюйм твоего тела. Уяснила?

— Слушай сюда, мистер «я помечу тебя своим ртом», – говорит она, сделав шаг вперед. – Если твои губы коснутся меня еще раз, я вырву твой язык и скормлю его акулам!

— Не пожалеешь потом? – спрашиваю я, вскидывая брови в притворном удивлении и еле сдерживая смех, готовый вырваться наружу.

— Ни капельки, – отвечает она, не отрывая взгляда от моих глаз.

— Уверена? – уточняю с максимальной серьезностью в голосе.

— Уверена.

Я смотрю на нее и понимаю, что желание разрушить преграды на пути к ее истинной сущности возрастает с каждой секундой.

Хочу ее рядом.

Каждую минуту.

Каждый час.

Каждый день.

Каждый год.

Вечность.

— Запомни эти слова, ангел, – шепчу я, вкладывая в каждый слог всю глубину своих чувств.

Мои губы нежно прикасаются к ее носу, оставляя легкий, почти невесомый поцелуй. Легко. Непринужденно. Нежно. А затем я отстраняюсь и, развернувшись, выхожу за дверь, оставляя ее наедине с мыслями.

ХАНТЕР

Вернувшись обратно в свою временную комнату с одной единственной целью: свалить оттуда в неизвестном направлении, чтобы остудить свою голову от такого провокационного наваждения, с которым я только что намеренно столкнулся.