Онлайн книга «Черный Лотос. Воскрешенный любовью»
|
Я всхлипнула. Глупо будет сейчас говорить, что… Что я бравировала тогда перед ним. Что я… так же далека от секса, как мы сейчас с ним от любви и нежности… Я это переживу. Я справлюсь. Сейчас главное утихомирить его гнев, выбраться, наконец, из этой проклятой черной пустыни… Просто доверилась инстинкту. Просто сосредоточилась на запахе и вкусе, которые не были мне неприятны. Я переживу. Я справлюсь. Лучше он, чем дикари-контрабандисты… Открыла рот, который тут же заполнила его плоть и такой яркий вкус… Давление на горло, непривычная наполненность…. Черный был нетерпелив и яростен. Но страсть в нем горела- он стонал, рычал, сжимал мой скальп так сильно, что слезы на глазах проступали. — Активнее, вусха (егип.– грязная),– не строй из себя невинную овечку… Как же сладко… Когда я думала, что все закончится… Когда была уверена, что сейчас он меня все-таки отпустит, достигнув разрядки, почувствовала, как меня резко хватают за руку и поднимают. Мгновение- и спина упирается в шершавую прохладу глиняной стены. Рядом послышалось какое-то шипение… Какой-то гад мимо пробежал. Но только разве его сейчас стоило бояться? Взвизгнула, когда сверху навалилось тяжелое горячее тело. Умелые руки подхватили меня под бедра, приподняли, а в следующее мгновение я почувствовала дикую, агонизирующую боль между ног. Закричала. Впилась в его плечи, как пустынная кошка. Из глаз непроизвольно брызнули слезы. Черный замер. Сначала нашел глазами мой затуманенный от агонии боли взгляд. Потом медленно отстранился, выходя и смотря вниз. Не знаю, что он увидел в этом тусклом, искаженном, словно бы смазывающем в небрежные мазки импрессиониста свете там, на месте слиянии наших тел, но… Дальше я услышала отборный русский мат… — Идиотка! Почему ты не сказала, что девственна?!– столько шока, неверия в голосе… И эйфории… Да, черт возьми. Вопреки всему там была эйфория и торжество… Инстинкты женщины заставили меня поймать его взгляд даже в моем шоковом состоянии… Да… Он смотрел на меня с триумфом, восторгом и торжеством первого мужчины… Руки, мгновение назад напоминающие жесткие путы, ослабли. Они стали нежными и ласкающими. А я, напротив, не смогла больше сдерживать рыданий. Они рвались из меня освободительным катарсисом, с которым выходил стресс от всего пережитого за сутки… Меня трясло, а он обнимал и что-то шептал на арабском, но я даже не могла разобрать… Мы сидели на полу, в пыли и песке, посреди края света, на глазах у давно забытых богов, которые никуда не делись, а просто затаились в этой недвижимой пустыне… — Глупышка моя…– шептал он,– я бы обрушил этот мир, если бы тебя потерял… Это было больно. Это не было любовью. Одержимостью- определенно. Ядом Черного Лотоса- совершенно точно. И конечно же, далеко не освобождением… Фейруз была права… Наверное, лучше было бы сгинуть в песках, в бесчестии и забвении, чем сейчас в его объятиях… Они уничтожат меня. Почему-то здесь и сейчас, во мраке ночи пустыни, у развалин древних сооружений, сожранных песками цивилизаций, я понимала, что это в нашей с ним судьбе предначертано древними богами… Глава 22 Внутри меня ярость, пустота и сожаление. Сложный коктейль, противоречивый. Наверное, я должен радоваться, что наконец, испытываю такие живые, вкусные эмоции спустя столько лет. |