Книга Прости меня, Вероника!, страница 130 – Евгения Султанова-Ус

Марк продолжает говорить.

— Время шло. Я уже давно знал, чем занимаются парни в моей компании. Они совершали кражи в домах. Но меня с собой никогда не брали. Не знаю почему. Но я хотел. Просил Юрку несколько раз. Он отказывал всё время. Зато я ходил с ними на всякие разборки. Я обожал бить кому-нибудь рожу. Считал, что это круто. И меня совершенно не волновало, что многие были невинны. Юрка говорил, я делал.

Как-то Юрка подошёл и сказал, что нужна моя помощь. Один из тех парней, что ходил с ним на кражи сломал ногу. Им нужен был кто-то и Юрка наконец решил взять меня. Я согласился. Разве мог я ему отказать? Я ведь давно мечтал сходить с ними на дело.

Мы пошли ночью. Взломали квартиру. Взяли, что захотели. Я и Юрка уже вышли. Но двое были ещё внутри, когда мы увидели, как по улице к дому едут менты. Кто-то стуканул на нас. Юрка толкнул меня в кусты. Он заставил меня скинуть награбленное. «Уходи», сказал он мне. Я ни в какую.

— Загребут тебя, мелкий. Я этого не хочу. Тебе ещё учиться. Человеком станешь. Прости, что взял тебя с собой. Убирайся отсюда! И больше никогда на квартире не показывайся.

Он даже ударил меня. Я понёсся со всех ног.

Их забрали в ту ночь. Ясно, что отсидка была им обеспечена. Но никто меня не сдал. Я благодарен Юрке до сих пор. Даже не знаю, что с ним стало. Я просто бросил их.

Потом я ушёл в армию. Когда вернулся, пошёл на ту квартиру. Там жили другие люди. Они не знали никакого Юрки.

Я решил всё оставить в прошлом. Может, я был неправ. Но я так хотел. Кристина тоже куда-то подевалась. Я не стал её искать. Мне было с ней классно, но наша история подошла к концу.

Мама хотела, чтобы я пошёл в институт, а потом нашёл хорошую работу. Но я вернулся к мыслям о фотографии. В детстве я очень любил делать фото. У меня была камера. Я постоянно что-нибудь щёлкал. Потом Юрка, его компания и всё остальное далеко увело меня от моего пристрастия. И вот, я решил попытать счастья на поприще фотографа. Вопреки желаниям матери, я пошёл не в институт, а в школу фотографии. Учился там. Мне безумно это нравилось. Тогда-то и произошла история с той девушкой. Я тебе рассказывал.

— Я помню, – киваю.

— Мама, видя моё увлечение, смирилась, решила помочь. Она познакомила меня с Максом. Он её одноклассник. Макс оценил мои работы и рвение. И я стал работать у него. Сначала на полную. Потом, когда начал работать в студии, перешёл на полставки. Вот уже три года я работаю так. И мне это нравится.

Марк смотрит на меня. Мы оба молчим. Я перевариваю всё сказанное им. Знаю, ему не очень приятно было мне уступать, но он сделал это. Всё ли он мне рассказал?

— Это всё? – спрашиваю его. – Или есть ещё что-то, о чём я должна знать? О чём я бы знать хотела?

Он отводит взгляд. Ага! Есть что-то ещё. Точно есть.

— Марк, – говорю я. Он снова глядит мне в глаза. Еле заметно качает головой. Не хочет говорить. Да что ж там такое у него ещё осталось не рассказанным? Такое, о чём он никак не хочет говорить.

— Ты обещал, – шепчу. Он хочет отвернуться, но я беру его за подбородок. Он прикрывает глаза.

— Ты меня возненавидишь, если расскажу.

Да разве я могу ненавидеть его?

— Нет. Это не так.

Он усмехается.

— Марк!

Отодвигаюсь от него немного. Он хватает меня и крепко обнимает.

Слышу, как тяжело он вздыхает.