Книга Прости меня, Вероника!, страница 50 – Евгения Султанова-Ус

— Я знаю.

Всхлипывает.

— Но ты же и делаешь её несчастной.

Блин. И тут она права.

— Я хочу, чтобы ваша дочь была счастлива, – говорю. – Я урод, каких ещё поискать. Знаю. Она вам всё рассказала?

Лидия кивает. Ну, Ника, вряд ли рассказала всё, но многое точно. Она же не рассказывала, как я её трахнул в первый раз в её жизни? Или? Да, нет, Ника не такая смелая.

А впрочем, какая разница? Ника может рассказывать, всё, что захочет. Мне похрен. Это её мать, и моя девочка теперь это знает. Вот ведь абсурд! Бля, я просто не могу. Вся наша грёбаная ситуация, это настоящий идиотизм! Я люблю малышку, она любит меня. Я причиняю малышке боль постоянно, она меня прощает. Её мать её не любит, и терпеть не может меня. Просто ненавидит нас обоих! Но её же мать обожает свою дочь, но так же не любит меня, хотя знает, что я её дочь люблю. Как это вообще можно понять? Да не знаю как.

Мы стоим на кухне. Я пью кофе с матерью Ники. С матерью Ники я ругался, и не раз. Но это другая мать и с ней я ругаться не хочу. Ох, две матери, один отец. Я и Ника. Отца уже нет, и мне жаль. Правда. Но минуты идут и Лидия молчит. Что мне делать-то? Кофе уже кончился.

— Марк, – говорит Лидия.

— Я готова, – слышу наконец желанный голос.

Поворачиваю голову. Ника стоит полностью одетая. Ох, какая она милая в этой своей серой вязаной шапочке!

— Едем? – спрашиваю.

Она кивает. Потом смотрит на меня. В глазах грусть. Чёрт, Ника!

— Иди, – говорит. – Я сейчас.

Киваю. Прохожу мимо неё и чудом сдерживаюсь, чтобы не поцеловать.

Выхожу из дома. Вдыхаю полной грудью. Ну и холодища! Поднимаю голову, смотрю на чёрное небо. На дворе уже ночь. Под ногами хрустит снег. Я иду и открываю дверцу машины. Кладу руки на крышу, закрываю глаза. Вижу образ, такой знакомый, но такой далёкий сейчас. Я уже почти его забыл. Почему я ЕЁ сейчас вспомнил?

Слышу, как Ника выходит из дома Лидии. Открываю глаза. Ника уже рядом с машиной.

— Марк, – говорит она. – Можно я поведу?

Хочет за руль?

Смотрю на неё. Её глаза сияют, словно звёзды. На губах улыбка. Забытый образ меркнет. Всё меркнет перед этой девушкой.

— Ты уверена?

— Марк, – склоняет она голову набок. – Хватит во мне сомневаться.

— Я в тебе не сомневаюсь, Ника, – отвечает Марк и протягивает мне ключи.

Мы садимся в машину. Едем домой. Марк всю дорогу молчит, смотрит в окно. Я прокручиваю в голове все события этого дня. Эмоции у меня сегодня просто зашкаливали. Марк мерзко поступил, бросив меня утром. Я не думала, что мы помиримся. Не думала, что он вообще приедет сегодня. Я, конечно, надеялась, что он позвонит, но что появится на пороге дома Лидии!

Когда он извинялся, слова звучали так искренне. Я поверила ему вновь. Мне будет очень горько, если повторится нечто подобное.

— Включи, пожалуйста, радио, – прошу его.

— Хорошо, – отвечает.

Машина наполняется звуками песни «Первый снег».

Там звучат слова: "первый поцелуй, на твоих губах смех, но это всё не шутки".

Я вспоминаю наш первый поцелуй. Марк тогда увёз меня от парка, где мы собирались прогуляться с Вадимом и Ритой. Я поцеловала его, а он посмеялся надо мной. Я проиграла тогда ему, он был победителем. Я почти всегда проигрываю ему и сейчас. Не хочу слушать эту песню.

— Выключи, – резко говорю.

Марк пристально смотрит на меня, чувствую это. Выключает радио.