Книга Мэйр. Борьба за жизнь. Убежище, страница 53 – Евгения Султанова-Ус

— Я на кладбище, хочу навестить Гарета, — говорю Мередит. Она сегодня на посту. Девушка кивает и отворачивается, едва не хлестнув меня пепельной волной волос. Не хочет говорить со мной. Как и многие в замке. Наша "завхоз" итак особа молчаливая, а со мной и подавно.

Я прохожу двор и сворачиваю к воротам, ведущим в сад. Они открыты. Прохожу мимо них, а потом под высокой каменной аркой. Замок когда-то был красив. Наверное. Тут жили счастливые семьи с прекрасной родословной, и он передавался по наследству. Но его покинули и больше он никому не достанется.

Выхожу в сад. Последние пёстрые краски осени догорели, оставив лишь лёгкий след на дорожках в виде сморщенных сухих листьев, гонимых ветром. Идя по саду, поёживаюсь. Сегодня с утра холодно. На мне куртка, теплые брюки и шарф, митенки как всегда. Но всё равно зябко. Давно пора привыкнуть к холоду, но никак не получается.

На краю тропинки вижу маленький красный цветок. Надо же. Ещё не все малочисленные цветочки отжили свой цветочный век. Один, самый стойкий, остался, но и он уже повесил яркую головку. Я нагибаюсь и срываю его. Положу на могилу Гарета.

На дорожке позади меня раздаются шаги. Я резко оборачиваюсь. Молодой парень с тремя канистрами отправился за водой на речку на другой стороне сада. Каллум. Да, это он. Помощник Сэма.

— Привет, — с лёгкой улыбкой здоровается он, равняясь со мной. Я удивлена. И он видит это. — Что такое? Ты ведь Алекс, да?

— Да. Ты приветливо мне улыбаешься, Каллум, — отвечаю я. — В последние дни я вижу только едкие усмешки и недовольное кривляние губ в мою сторону.

Парень улыбается ещё шире.

— Мне лично ты ничего плохого не сделала. А ошибиться может каждый. Нельзя из-за этого гнать взашей.

Я вспомнила сцену на кухне. Сэм выгнал тогда парня за то, что он уронил поднос с овощами. Сэм был и прав и нет. Но он дал второй шанс своему помощнику.

— Ты опрокинул блюдо, а я ослушалась приказа генерала, подвела отряд. Это не одно и то же, — возражаю.

— Брось. Не такое уж большое различие, — он подмигивает мне, я улыбаюсь. Киваю на канистры.

— К ручью идёшь? Твоя очередь?

— Так точно.

Дальше мы идём вместе. Когда доходим до ручья, то я помогаю ему набрать воду в канистры. Не могу удержаться. Сажусь на землю и нагибаюсь ближе ручью. Вода до ужаса холодная, но такая вкусная, что игнорируя ломоту в зубах и рискуя заболеть ангиной, я пью и пью. Хорошо, что зимой ручей не застывает, иначе нам пришлось бы делать просто громадные запасы воды. Или долбить прорубь.

— Уф, здорово! — напившись вдоволь, вздрагиваю от холода.

— А я не рискую пить такую холодную воду. В прошлом году болел так, что чуть не умер. А потом мама привела меня сюда. Ваш доктор, Ник кажется его имя, вылечил меня.

Ник он такой. Обожает свою работу. Он отличный врач.

— Ник прекрасный врач. Мы дружим, — улыбаюсь я. Ой, как холодно. Но мне ещё на кладбище идти, я не буду менять планов. Нужно навестить Гарета.

— Хорошо когда есть друг, — лицо Каллума становится грустным. — Ты наверное шла на кладбище. Я знаю, что генерал Гарет был дорог тебе.

— Это так, — соглашаюсь.

— Тогда не буду мешать, — он топчется на развилке дорожек. Вправо тропинка через сад и в замок, влево на кладбище.

— Ты мне не мешаешь. Если хочешь пойдём прогуляемся со мной.