Книга Вероника, я люблю тебя!, страница 16 – Евгения Султанова-Ус

В спальне надеваю белье, синие джинсы и белую блузку. Расчесываюсь, оставляя волосы падать по плечам. Они еще влажные, чтобы заплетать их. Приберу их позже. Делаю небольшой макияж, совсем неброский. Из шкафа достаю туфли, несу в коридор.

На работу мне к девяти, так что времени в запасе много. Работаю я в книжном магазине, у подруги моей матери. Я люблю книги, а эта работа помогает мне не сидеть у мамы на шее. Лидия — подруга мамы и хозяйка книжного под названием "Книги для всех", очень добрая и отзывчивая женщина. В отличие от мамы, она никогда не заставит меня идти в строгом платье на работу в книжный магазин или, например, она не станет сотню раз повторять, как не идёт мне эта юбка или эти джинсы, или ещё что угодно.

Иду на кухню и ставлю чайник. Делаю бутерброды на двоих, готовлю омлет. Видимо почувствовав аромат еды, на кухню входит мама. Полностью одетая и причесанная, как всегда, идеально. Осматривает меня с ног до головы.

— Привет, — говорю я, раскладывая завтрак по тарелкам. — Ты будешь чай или кофе?

— Спасибо, я буду кофе, — отвечает мама. — И я сделаю его себе сама, без твоей помощи.

Ого! Что так грубо?! Мама недовольна, я вижу это по ее сжатым губам и резким движениям.

— Ладно, как хочешь, — пожимаю я плечами. Сажусь за стол. Как только я беру вилку и собираюсь позавтракать, мама встаёт передо мной, упирая руки в бока.

— Это что ещё такое, юная леди? — Она указывает на мои влажные волосы.

— Что ты имеешь в виду? — Спрашиваю удивлённо.

— Как это что? Ты вышла завтракать с мокрыми, распущенными волосами! Волосы будут лезть тебе в тарелку!

Она это серьезно? Мне хочется рассмеяться ей в лицо. Неужели у неё такое плохое настроение с утра, что она хочет отыграться на мне? Это уже слишком.

— Мам, ты чего придираешься?

— Я не придираюсь, я учила тебя всегда быть собранной и опрятной. И что же я вижу? Твои мокрые волосы торчат во все стороны, а ноги босые, Ника!

Я поверить не могу!

— Ты не стой ноги, что ли встала? Не смей цепляться ко мне, если у тебя что-то не ладится.

Я огрызаюсь маме, чуть ли не в первый раз в жизни! Её брови взлетают вверх.

— Как ты со мной разговариваешь, девочка!

Девочка? О, Боже!

— Разве я не учила тебя уважать старших? — Её голос становится громче. — Я учила тебя не перебивать меня и мне не перечить!

Это она уже кричит.

— Я одна воспитала тебя, дала все, что могла. Вот как ты мне отплатила? — Её визг уже стоит у меня в ушах. Хочу их заткнуть.

— Мам, о чем ты вообще? Я веду себя с тобой нормально. Что с того, что я не высушила волосы? Это что, катастрофа? Ты раздуваешь скандал на пустом месте. Ты не понимаешь этого? Ты всегда так делаешь. Тебе нужно обязательно придраться ко мне, обвинить в чем-нибудь. Даже в какой-нибудь мелочи.

— Вероника Волновская, — голос мамы звенит от злости. — Прекрати так со мной говорить. Ты будешь делать то, что я говорю! Сейчас же иди и приведи себя в порядок!

Да, что с ней блин такое?

— Когда придет время, — препираюсь я. Сама себя не узнаю. Но мне надоело всегда молча терпеть ее выпады в мой адрес.

Что бы ещё такого ей сказать? Она завела меня не на шутку. У нас давно с ней не было серьезных ссор. Последний и единственный раз, полгода назад мы поссорились, и она меня ударила. Ударила! Я с ней тогда неделю не разговаривала.