Книга Вероника, я люблю тебя!, страница 17 – Евгения Султанова-Ус

— Между прочим, это ты вчера не отвечала на мои звонки, — слава Богу! — И пришла домой за полночь, а не я.

Стараюсь не слушать совесть. Чем это ты вчера вечером занималась, Ника? Не обращаю внимания на внутренний голос.

— Не твоё дело, Ника, где я бываю и во сколько прихожу. Я взрослый человек, а ты ещё ребёнок.

— Я не ребенок, — взрываюсь я, — мне восемнадцать, я уже не маленькая. Перестань считать меня такой!

— Ах, вот как ты… — Кричит мама, но я её перебиваю.

— Я не хочу больше слушать тебя.

— Ты ещё учишься, и ты слишком молода.

— Ну, и что с того? Я работаю и могу сама себя содержать! — Рявкаю я.

— Ты работаешь только потому, что твоя начальница, моя подруга. Я могу сказать ей, и она тебя уволит.

Что? Я ушам своим не верю. Она, правда, это сказала?

— Я больше не буду тебя слушать. Я больше не хочу.

Так странно, что мой голос моментально стал спокоен, но более весомый, чем крик. Я вижу её реакцию. Она понимает, что я не шучу.

Я молча прохожу мимо неё и выхожу из дома, надев туфли, плащ, и повесив через плечо свою сумку.

Иду по улице. Город просыпается. Постепенно успокаиваюсь. Но злость ещё кипит во мне. Что у неё такое случилось, что она на пустом месте сорвалась? Я всегда слушалась её, понимая, как тяжело растить ребенка одной, но это уже слишком. Правда, слишком. Я не заслужила таких слов в свой адрес. Неужели она и правда может сделать такую подлость и лишить меня работы? Я на самом деле не верю в это, но мама сказала это с таким лицом, будто и впрямь ей это сделать хотелось. Не могу больше думать о ней.

Смотрю на часы в телефоне. Только восемь. До начала работы ещё целый час. У меня есть ключи от магазина. Сегодня я работаю одна. Лидия поедет за книгами. Я решаю пойти на работу раньше. Приберусь до открытия. Я найду чем занять себя. От дома до работы мне идти минут двадцать.

К тому времени, как я захожу в магазин, я уже полностью спокойна. Убираю высохшие волосы в обычный хвост. Ставлю чайник и наливаю чай с ромашкой. Сейчас самое время пить такой чай. Из холодильника в подсобке достаю сыр и хлеб. Делаю бутерброды и без особой охоты жую. Аппетит совсем отбило. Оставшееся время до открытия протираю полки с книгами.

День тянется долго, но меня это не сильно беспокоит. Покупателей немного и в свободное время я читаю "Мастер и Маргарита", наверно уже в десятый раз. Но мне все равно нравится эта книга.

Около трёх часов дня звенит дверной колокольчик, и я вижу Ритку. Она заходит, голова у неё опущена. Близится ещё один разбор полётов.

— Привет, — говорит подруга. Она выглядит усталой и вялой. Наверно не выспалась.

— Привет, — отвечаю.

Ритка вскидывает голову и подходит ко мне.

— Прости меня, — просит она. — Я была такой дурой.

Я пожимаю плечами. Что тут скажешь? Она привела меня на вечеринку к незнакомым людям, напилась и уснула. Хороша подруга! Чувствую, как во мне закипает раздражение, но сдерживаюсь.

— Я плохо поступила.

— Да уж, — киваю.

— Знаю, я не должна была так кидать тебя, Ника. Сама просила тебя пойти со мной и сама же выпила чересчур много и бросила тебя.

— Да, я же никого там не знаю, Рит.

— Прости, прости меня.

Вижу, что ей очень стыдно и жаль. Она смотрит на меня щенячьими глазами, и я больше не могу злиться.

— Ладно, — говорю. — Прощаю. И надеюсь такого не повториться.