Книга Вероника, я люблю тебя!, страница 214 – Евгения Султанова-Ус

Слышу, как Марк громко втягивает носом воздух. Злится. Наверное, всё-таки не стоило говорить.

— Ника, — шипит он на меня. — Ты точно обнаглела. Какой нахрен сосед Рома?!

Ох, вот и дождалась бури!

— Марк я просто…

— Ты просто что? С ума сошла? Да?

— Марк, успокойся и не кричи.

— Как ты могла вообще? Пойти в гости к незнакомому человеку?

— Я его знаю, — возражаю. — Мы познакомились утром. И ты его, между прочим, тоже знаешь!

— Знаю? Да я больше про его женушку знаю, чем про него!

Как он орёт!

— Где ты с ним встретилась? Заранее договорилась? — Мне кажется, что я прямо из трубки чувствую, как он там пышет гневом.

— Я зашла в магазин после работы, он тоже был там, покупал коньяк. Потом мы дошли до дома, и он пригласил меня к себе.

Кто меня за язык тянет?

— Ты ещё и пила с ним что ли? — Кажется, меня сейчас накроет взрывной волной по имени Марк.

— Я пила чай, говорю же. А он не стал пить!

— Ты маленькая…

Он сейчас назовет меня сучкой?

— Остановись, — предупреждаю я. — Ты можешь меня выслушать? Или мы опять разругаемся, и я брошу трубку.

Он что-то ворчит, потом замолкает. Ага, мне можно говорить?

— Я жду.

Киваю, пусть он и не видит.

— Мы просто сидели у него на кухне, и он рассказывал мне о жене Кате. А я почти всё время молчала. Я знаю всё об их отношениях. И о ней тоже. Он очень любит её, и раскаивается в измене. Хочет её вернуть. Он просил совета. Но я не знала, что посоветовать. Если любишь человека сильно, то сможешь простить причинённую боль. Это я ему и сказала. И сказала, что ему лучше бросить пить. Потом я ушла домой. Приняла душ и легла на диван, стала звонить тебе. Я очень соскучилась по тебе. Это всё, Марк. Правда.

Молчание. Ну, не молчи!

— Марк, — зову я.

— Ты, правда, так думаешь? — Тихо спрашивает он. — Что, если любишь, то простишь боль?

— Да. Я так думаю. Конечно, если человек её причинивший раскается искренне.

Он вздыхает.

— Ты замечательный человек, Ника.

Я улыбаюсь. Что, правда?

— Ты не злишься? — Осторожно спрашиваю.

— Злюсь, но уже не так сильно.

— Марк, ты должен мне верить!

— Тебе-то я верю, — отвечает он. — Но я не верю другим. Ника, ты совсем не понимаешь, какая ты красивая и привлекательная. И как действуешь на многих мужчин.

Я вдруг вспоминаю про Лёшу, а потом про Михаила Борисовича. Когда думаю о последнем, мне становится тошно.

— Ты должна быть осторожнее, малыш. И не ходить в гости к мало знакомым людям. В особенности одна.

Понимаю, как он переживает. Не хочу, чтобы беспокоился за меня так сильно.

— Обещаю, больше ни ногой к соседу!

— И не только, — напряжённо отзывается Марк.

— Хорошо, без тебя, никуда!

Опять вздыхает.

— Ладно.

Зеваю. Мне же на учёбу завтра! А время уже позднее. Мы болтаем ещё целый час. Когда я зеваю уже пятый раз подряд, а голос мой становится совсем сонным, Марк говорит:

— Тебе надо поспать, маленькая. Завтра тебе рано вставать.

— Угу.

— Созвонимся завтра? Или опять не ответишь мне?

— Я не хотела тебе сегодня отвечать.

— Был бы я рядом, ответила бы, пылко и страстно.

О, да, точно бы не устояла, будь он здесь!

— Отвечу, любимый.

— Я люблю тебя, Ника. И очень скучаю.

— Я люблю тебя, Марк. Я безумно по тебе скучаю.

Глаза уже закрыты.

— Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, мой любимый.

Убираю телефон на тумбочку. Улыбаюсь. Я почти счастлива. Жаль только, что он не рядом. Но день закончился хорошо.