Книга Горец. Его любовь, страница 98 – Валерия Ангелос

— Нет, — говорю. — Так не пойдет.

Кристина вздыхает.

— Варь, ну правда, это все такая ерунда.

— Не похоже.

— Глупости, честно.

Выразительно приподнимаю брови.

Подруга все же сдается.

— Не будет никакого кино, — говорит. — Проект поставили на паузу. Пока никто не знает, когда начнутся съемки, и вообще, начнутся ли. Ну понятно, что я готова ждать сколько потребуется, но актеры, которые были в главных ролях уже ищут новые проекты на замену. Даже если через пару месяцев нам повезет и что-то сдвинется с места, придется новых звезд искать. В общем, моя карьера снова в заморозке. Только это все реально ерунда, Варь. Нужно заниматься свадьбой. Времени считай, нет. Надо срочно…

— Подожди, — прерываю ее. — Почему все на паузе? Ты говорила, скоро начнутся съемки. Есть хороший спонсор.

— Ну… был спонсор, — грустно усмехается Крис. — Там такая история вышла. Просто жесть.

Вопросительно смотрю на нее.

— Наш проект должен был финансировать Белоцерковский. Известный олигарх и меценат. Там же фильм такой, что… для пиара. Большая реклама для бренда ювелирки, который его дочка держит. В общем, ему это выгодно.

— И что пошло не так?

От одной лишь этой фамилии становится не по себе.

— Посадили его, — говорит Крис.

— Что? — холодею сильнее. — Когда?

— Пару дней назад. Никто не знает, почему. Говорят, либо с налогами он что-то мутил, либо кому-то серьезному дорогу перешел. Хотя вообще, сложно даже представить, кто может быть круче Белоцерковского. Президент?

Крис пожимает плечами.

— Вообще, не понимаю, — продолжает. — Такой серьезный бизнесмен. Богатый, влиятельный. Неужели не мог нормально налоги оплатить?

И правда — странно получается.

Вот только мне кажется, проблема совсем не в уплате налогов. Тут что-то другое замешано.

Прямо чувствую, без Джамала не обошлось.

Решаю обсудить все прямо.

Вечером, когда мы с Джамалом оказываемся наедине в нашей спальне, и он привычным жестом притягивает меня к себе, намереваясь поцеловать, я от него отстраняюсь.

— Подожди, — говорю. — Нам надо серьезно поговорить.

Он слегка хмурится. Кивает.

— Давай.

Присаживается на диван, меня усаживает к себе на колени. Боком. Так, что вскоре наши взгляды снова встречаются.

Его ладони скользят по плечам. Едва дотрагиваясь, чертят узоры на кожи, и это сильно отвлекает, мешает сосредоточиться.

Джамал будто намеренно меня путает, причем с самого начала. Словно хочет отвлечь.

Решаю сразу перейти к делу.

Какой смысл тянуть?

— Ты же обещал, что не будешь ни во что влазить, — замечаю, глядя в его глаза. — А я сегодня узнала про Белоцерковского.

Он слегка напрягается. Виду, конечно, не показывает, и если бы я за это время не успела изучить его, если бы не чувствовала настолько хорошо, как сейчас, то могла бы пропустить это.

— Я его не трогал, — отвечает он ровно.

— Да? — уточняю, так и не отвожу взгляд.

— Варя, мы все обсудили тогда.

— Значит, это просто совпадение?

— Что именно?

— А ты не знаешь? — слегка прищуриваюсь.

— Расскажи.

Информация про Белоцерковского закрытая. Если бы не совпадение с тем, что Кристину это все затронуло, то я бы не скоро узнала, что произошло.

Где я могла посмотреть? Только в Интернете. Нет у меня настолько высокопоставленных знакомых.

А значит, Джамал рассчитывал, что я узнаю обо всем гораздо позже. Если вообще, узнаю.