Книга Бывшие. Любовь, удар, нокаут, страница 2 – Ария Тес

Я называю себя профессиональным боксером… с непростым характером. Из-за этого характера все мои беды, собственно. Казалось бы, да? Кому какое дело до моих высказываний и поступков? Я дерусь, я побеждаю. Все остальное никого не должно волновать, ан-нет. Мир, сука, изменился. Общество заболело толерантностью на продажу, так что теперь, если я хочу вернуться обратно к себе на Олимп, сначала, видимо, мне нужно окунуться в свое же дерьмо.

Фыркаю и ту же застываю. На мгновение мне кажется, что я слышу запах костра и предрассветного тумана. Тело покрывает озноб и мурашки, а сердце предательски встает. Честно? Я бы предпочел тоже отойти в мир иной, как мой папаша. Вот прямо сейчас! Быстро и безболезненно, лишь бы не вспоминать… не открывать тот сундук с еще более страшными демонами, которых я в нем скрываю. Они ведь вырываются, они все чувствуют.

Память — опасная вещь. Ты можешь быть самым сильным, ты можешь быть Буйволом и рвать каждого, кто осмелится выйти с тобой в спарринг, но… память убьет даже тебя.

Слава богу, не происходит ничего из вышеперечисленного.

Рядом раздается копошение, а на грудь через мгновение ложится тонкая ручка. Сука… я выдыхаю с облегчением.

— Тим? Ты чего… не спишь? — хрипло спрашивает Лида.

Она поднимает свою светлую головку и рассеянно моргает. Милые носик, глазки, губки. Хорошая девчонка. Холенная. Мужики таких любят, а я? И я люблю.

— Ничего, засыпай.

Убираю ее руку, сажусь на постели и запускаю пальцы в волосы. Мог бы и сразу уйти, но я знаю, что в этом смысла не будет. Если женщина хочет поговорить — она, так или иначе, поговорит. У меня было много разных женщин, поэтому я знаю. Неважно, кто она и откуда: модель, актриса, художница или, как в случае с Лидой — дочь состоятельного папочки? По итогу они все сливаются в одно, неразборчивое пятно…

— Все... да не все… — посмеивается внутренний голос.

Я его на хер шлю. Не смей! Эта территория под запретом…

— Ты же понимаешь… — начинает Лида, снова без ведома спасая от демонов внутри моей черепной коробки, — …если бы ты не подрался в клубе, всего этого можно было избежать.

Честно? Я настолько благодарен ей за присутствие и то самое спасение, что даже нотации ее — точно музыка. Прекрасная такая. Мелодичная.

Нет, все-таки Лида — не такой плохой вариант. Ты всегда сравниваешь их всех с первой, но правда жизни заключается в том, что с первой никто не сравнится. Принимай и живи себе уже спокойно. Ты не испытаешь яркой, той самой любви дважды. Ждать этого просто глупо.

Но что если… ты в принципе испытывать ее не умеешь? Или вообще. Сейчас это именно любовь, а то была юношеская страсть? Ну, правда. Кто вообще знает, как выглядит любовь? Кто-то придумал ей мерила? Нет. Поэтому, вполне вероятно, ты сейчас любишь. Не просто же так вы с ней в отношениях уже два года, да?

— Какой смысл это обсуждать теперь? — тру глаза с тихим смешком, а потом поворачиваюсь на нее и нежно касаюсь пальцами щеки, убирая с них прядку светлых волос, — Прошлого не изменить, Лид.

— Я тоже не хочу туда ехать.

— О, в этом я даже не сомневаюсь. Городская фифа, привыкшая к удобствам…

— Не называй меня фифой!

Лида морщит носик, притворно злится. Но это действительно только театр. Это мне в ней безумно нравится — она никогда не притворяется, а в цвет говорит, кто и что из себя представляет.