Онлайн книга «Бывшие. Любовь, удар, нокаут»
|
Понял, сука… — У тебя контракт. Знаю! — Если ты обломишь мне Европу, Аксаков… я обломаю тебя здесь. Отниму все, что дал! Услышал?! Будешь драться в пивнушках за копьё, а потом станешь каким-нибудь тренером в обшарпанной дыре. Клянусь, сука! Я тебя по полной поимею, и ты свалишься со своего небосклона так, что потом не соберешься! — Не надо мне угрожать, — цежу сквозь зубы. Кислород накаляется. Такое ощущение, что еще одно мгновение, и мы сорвемся с места и устроим месилово — такое возможно. Точнее, разумеется, было бы возможно, если бы ему было, как мне. В Грише много мудрости. И спокойствия… теперь. Он вздыхает, первым отводит взгляд, а потом и вовсе встает со стула. Дальше голос ровный, тихий. Спокойный. — С Лидой я поговорю сам, а ты, Тим, решай. Либо Машку свою бросай в огонь, либо свои принципы «никогда не женюсь». Твой выбор. Мне по хер, каким он будет, но решать нужно сейчас. Тянуть нельзя. — Мм... — У тебя есть час, а у всех нас есть ночь, чтобы выработать стратегию. Не трахай мозг. Просто сделай, что должен сделать. Больше он ничего не говорит. Покидает комнату, оставляя меня одного. Внутри — пожар. Чтобы ничего не сломать, я прикладываюсь лбом о стол. Дыши. Вспоминай, как дышать! Ведь я горю. От злости, ненависти. От необходимости снова… быть в этом состоянии. Быть в ней… Сука… Но самое убогое в другом. Я чувствую не только весь этот потрясающий набор деструктивных эмоций, о нет… есть кое-что еще. Только я сдохну первым! Раньше, чем позволю себе даже про себя в этом признаться… «Слишком много мыслей, которые хочется забыть» Маня, 16 Красное в огонь навсегда Белое в ладонь как вода Слезы по щекам снизу вверх Только не летай выше всех Там стены, там слепые вены Слишком откровенно, а я В плену, но без тебя Одна не насовсем А только до утра В последний раз В противном, синем свете звучит песня, которая мне не очень нравится. Громко, от души. Вокруг меня люди — я их не знаю и, если честно, не хочу знать. Вокруг меня пары. От гормонов воздух наэлектризован, он почти взрывается. Обняв себя за плечи, я смотрю в одну точку. "Школьная" дискотека… По правде говоря, раньше я их очень любила. Мне нравились сборы, нравилось приятное волнение, нравилось… ощущать себя взрослой. Сейчас… я надеюсь, что однажды снова полюблю все это, но пока мне абсолютно плевать. Я ощущаю себя чужой. Оно и понятно. Меня выдернули из привычного мира, отправили в незнакомый город. В детский лагерь. Господи! Раньше я никогда бы не подумала, что окажусь в детском лагере! Мама была категорически против. Папа вроде как хотел, точнее, он предлагал. Говорил, что когда был юным, он очень любил здесь бывать… Именно здесь… Эта мысль немного парализует. В смысле… я помню его большим и сильным, улыбчивым, а находясь здесь, будто бы вижу призраков. Наверно, он ходил когда-то по тем же зданиям. Возможно даже, он стоял на том же самом месте, где сейчас стою я! Но ближе ко мне он не становится. Его нет. И мамы больше тоже нет. А я здесь… одна. Среди людей, которых я не знаю. Мне одиноко. Пальцы сильнее сжимаю предплечья, и я прикрываю глаза. Потерять родителей — это сложно. Прошло чуть меньше, чем полгода, и я понимаю, что этого времени катастрофически мало, чтобы рана затянулась, но… иногда мне кажется, что внутри всегда будет что-то ныть и болеть. |