Книга После развода. Самая красивая женщина, страница 76 – Ария Тес

— Почему тогда не помешал?

Пушкин открывает рот, чтобы ответить мне, но тут его телефон в подставке начинает вибрировать. На экране короткое имя:

Мудак

Я даже спрашивать не буду, кто это. Догадалась. Егор тихо усмехается, бросает на меня еще один взгляд и жмет плечами.

— Сейчас узнаем, - следующим небрежным движением, он смахивает ползунок и сухо спрашивает, - Что надо?

На том конце провода раздаются медленные аплодисменты.

Я поджимаю губы и прячусь в изучении пейзажа за окном. Идет дождь. Капли размывают огни фонарей, и я ежусь, хотя мне и не холодно. А Егор все равно замечает! Он слегка хмурится, потом тянется к кнопке подогрева, но я мотаю головой.

— Не надо, - одними губами говорю, - Все нормально.

Егор моментально понимает, что так я показываю свое волнение на тему нашего нежелательного третьего, роняет брови на глаза и рычит.

— Я вешаю трубку.

— Да погоди ты! - Богдан издает смешок и через мгновение обиженно бормочет, - Не даешь мне даже моментом насладиться.

— Моментом насладиться?

— Ну да. Или себе.

— Измайлов, я кладу трубку.

— Ладно-ладно. Дальше никакого сарказма, ок?

Егор молчит, лишь сильнее снимает руль и стискивает челюсть. На том конце провода звучит шумный вздох и тихий цык.

— Хотел позвонить и сказать, что отыграли вы с мелкой на пять баллов.

Мелкой?!

— Как бы я жил без твоей похвалы?

— Слушай, мне тоже непросто, но ты же знаешь. Я всегда признаю поражение. Подумал, что тебе будет приятно.

— Насрать.

— Мгм…

— Но у меня есть вопрос, - перебивает непонятное бульканье, бросает взгляд на меня и кивает, - Аня рядом со мной, и она волнуется по поводу твоих дальнейших действий.

— В смысле? - искренне удивляется он, - О чем речь?

— Мести ждать?

Через мгновение наш салон взрывается от его смеха. Я не понимаю, что происходит, и просто луплю глазами, глядя в торпеду, а Егор слегка улыбается.

— Ты сказал ей, что я буду мстить? Ну ты гандон, Пушкин…

— Нет, я сказал ей, что ты только притворяешься долбоебом. Фишка у тебя такая.

— А, это да.

— Но она мне не верит.

С возмущением смотрю на своего издателя, а он улыбается уже шире, но не отвечает. Хотя знает, уверена на сто процентов, просто играется, гад…

Богдан еще раз шумно выдыхает, а дальше его голос становится противно-саркастично-театральным.

— Анечка, я должен сознаться…Я знал с самого начала, что ты что-то задумала.

— Ты знал?! - вырывается из груди, и Егор тихо усмехается, - Что за бред?!

— Ну, я догадывался, хорошо, и, конечно, не ожидал таких масштабов.

— Что. За. Бред?! Это же абсурд! Если ты знал, то почему не попытался меня остановить?!

— Интересно было посмотреть на конечный результат.

— Интересно…посмотреть?! Я же под монастырь тебя подвела!

— Уверен, что ты знаешь, кто мой отец, так что едва ли.

— Не…понимаю…

— Не заморачивайся. Скажем так, у меня были свои мотивы, у тебя свои.

Медленно отклоняюсь назад, хмурюсь сильнее, а он молчит.

Такая тупость…такой абсурд…игры, которые мне никогда не понять…

— Ладушки, мне пора, раз мы разобрались. Поклон вам обоим за прекрасно разыгранную партию. Никаких ответных мер не будет, можешь не переживать, Анютка.

— Аня.

— Анютка, - подразнивает он меня с явной улыбкой на своей наглой физиономии, а потом вдруг говорит, - Кстати, Егор. Она на меня не повелась. То есть, вообще.