Книга Пуанта, страница 89 – Ария Тес

Артур карикатурно закатывает глаза, и Ирис улыбается — узнает в нем дочь.

— Она так на тебя похожа… думаешь, позволит дать себя в обиду?

— Когда-то позволила.

— Сейчас все иначе. Артур… Давай дадим им шанс? Вдруг… вдруг у нее получится то, чего у нас не вышло? Столько лет без тебя… мне так тяжело было, и я вижу, что ей тоже тяжело. Она по нему скучает, грустит, сожалеет… Может быть… ей не придется ждать пол-жизни, чтобы быть рядом с тем, кого она так любит?

Артур бережно поднимает лицо своей женщины и стирает слезы большим пальцем, а Ирис ему вдруг улыбается.

— Если ты помнишь, то сам был не лучше. Ты меня похитил.

— Я тебя не похищал, — с улыбкой парирует, — Забрал.

— Ох, эта твоя английская способность вывернуть все наизнанку. Удобно…

— Замолчи…

— Давай попробуем, — тихо говорит ему, и Артур также тихо цыкает.

— Ты же понимаешь, что он ее заставил?

— Скорее всего да, но… может он просто по-другому не умеет?

— Меня это не волнует.

— Если не получится, мы всегда сможем ее забрать. Я сама убью его, в случае чего.

— Нет. Это сделаю я, пусть ненавидит меня, но будет в безопасности…

Разум не должен вмешиваться в любовные дела. Правильно рассуждает любимая женщина или неправильно — это безразлично. Любовь выше разума.

Джек Лондон. «Мартин Иден»

Амелия; 23

Мы погружаемся в машину в полной тишине, едем тоже примерно в таком же стиле. Август очень быстро засыпает, и я бережно поглаживаю его по волосам, улыбаюсь. Он такой милый, палец сосет, хотя клятвенно заверяет, что нет! Вранье это все! Сказки! Ага, конечно. Макс молчит. Он бросает на нас короткие, редкие взгляды, но не достает — и на там спасибо.

Конечно, когда машина останавливается у огромных, железных ворот, у Августа словно срабатывает будильник — он тут же поднимает голову, сонно потирая глазки кулачком, и тихо спрашивает.

— Уже приехали?

Макс улыбается и слегка кивает, а потом медленно останавливает машину, сделав, по ощущениям, полукруг. Так и есть. Когда я открываю дверь и вылезаю вместе с сыном, вижу, что стоим мы на небольшой, круглой площади — это весьма стандартное решение для подобных домов, а дом… Черт, что надо.

Шикарная вилла на берегу моря. Она из серого, красивого камня, уложенного ровной, горизонтальной плиткой, а внутри… нет, это точно рай. Нас встречает огромная гостиная, соединенная с кухней. Здесь есть и зона-столовая, и диван, слегка «припущенный», «утопленный» в пол и идущий полукругом, и телевизор, как домашний кинотеатр. Мне бы уже привыкнуть к такому размаху, а не могу, особенно когда поворачиваю голову к окнам. Там открывается шикарный вид на безграничное, голубое море, искрящиеся в предрассветных лучах солнца. Оно словно продолжается в бассейне, у которого нет ограждения, что создает некую «иллюзию» уходящую вдаль. Терраса вся обита мягким, карамельным деревом, есть пара кресел-яиц, лежаки, бар — все, что душа пожелает.

— Ва-а-у… как красиво… — шепчет Август, который подходит ко мне, неловко сминая края свитера, поднимает голову, — А когда можно купаться?

— Сначала надо отдохнуть, малыш.

— Мам, но я совсем не устал!

— А кушать хочешь?

— Нет!

— А если папа предложит? — молчит, конечно да!

Бросаю взгляд на Макса. Он сидит на барном стуле, подоткнув голову рукой, смотрит на нас как-то странно, все молчит и улыбается по-дурацки, смущает меня. Я быстро отворачиваюсь и перевожу взгляд на сына, поправляя ему прядь волос, потом тихо спрашиваю.