Онлайн книга «Брак без выхода. Мне не нужна умная жена»
|
Это неправильно; я не должна, но я делаю. Потому что мне это очень нужно…просто зацепиться за что-то, чтобы не утонуть. Неважно, что было между нами. На этот короткий миг, мне неважно, что ты сделал. Просто будь тут. Я люблю тебя, и просто будь тут ради меня ненадолго…как раньше. Его ладони сжимают мою нагую грудь, и я выгибаюсь в спине, откинув голову назад, чтобы дать ему больше места быть собой. Ты мне нужен. Это пройдет, и я снова буду собой потом. А сейчас я та Лили, которой ты безумно нужен… Малик резко встает, крепко держа меня за бедра, и я думаю, что сейчас он посадит меня на стол, а потом будет только моим…ну, наполовину. Когда я приду в себя, то начну себя ненавидеть, что сделала это там, где он разбил мое сердце…просто сейчас это не имеет значения. Наверно. Но он не сажает меня на стол. Малик отталкивает кресло ногой и несет меня на выход. По коридору. В спальню. Мы ни о чем не говорим. В этом нет необходимости, но он со мной. Садится на кровать, раздевает бережно, целует нежно. Это до бесконечного больно, и за это я тоже буду его ненавидеть; себя ненавидеть. Просто не сейчас… Он издает глухой стон, стягивая с себя спортивные брюки. Я подаюсь к нему бедрами, чтобы ощутить его. Мне нужен якорь. Маяк во тьме, и даже если он сам из себя концентрация тьмы — неважно. Я ощущаю его каждой клеточкой своего тела. Прикрываю глаза, обнимаю его за шею и медленно скольжу. Первая фрикция. Вторая. Малик меня не торопит. Он продолжает целовать, прижимает к себе, оставляя на моей коже свои отпечатки… Еще одна фрикция. Еще один поцелуй. Мышцы внутри меня напрягаются и выдают ток. Еще одна фрикция. Еще один смертельный поцелуй. А потом я взрываюсь, каясь его губ своими. О них разбиваются мои стоны, а потом…рыдания. Я срываюсь в бездну и начинаю горько плакать. Цепляюсь за него до боли, прижимаюсь, уткнувшись в плечо. Рыдаю так горько, как только могу. Выпуская из себя все те эмоции, которые душат. Боль, обиду, страх, тоску…безумную тоску по тому, что было раньше… Малик молчит. Он не говорит ни одного слова, падает на подушки и просто гладит меня по волосам. Его сердце мерными, глухими ударами разносится по моему телу, а я все плачу… Во мне слишком много боли, чтобы это кончилось быстро… * * * Я не думаю о том, что случилось между нами ночью. Когда просыпаюсь во второй раз, Малика снова нет рядом. На этот раз я об этом не жалею. Скорее всего, он никогда не спросит и не напомнит мне о том, что было сегодня ночью. Каким бы гандоном ни был мой благоверный, он никогда не станет тыкать тебя твоими слабостями, как нашкодившего котенка в его же беспорядок. Он будет молчать. Сделает вид, что этого не было, как и я сделаю вид, что сегодня ночью не нуждалась в нем до дрожи где-то под сердцем. Нет, я не позволю себе выходить за рамки. Встаю и иду одеваться. Выбираю черный, спортивный костюм, завязываю волосы в высокий хвост и киваю своему отражению. Пора. Покидая спальню, я думаю о многом. Сегодня у меня будет сложный день. Сегодня — годовщина маминой смерти. Я снова увижу ее могилу, а еще я увижу отца. Мы не общались с того момента, как он сказал, что продал меня, словно я — это абонемент в его гребаный спортзал. Да и зачем? Я бы и сегодня с ним не говорила, но избежать этого, увы, не смогу. Он будет ждать меня на месте, а потом мы поедем к нему, чтобы посмотреть старое видео и поужинать. Я бы предпочла вспороть себе горло тупым ножом, но снова. Увы. Выхода нет. Еще при жизни, мы дали маме слово, что не будем плакать на ее могиле, а будем смотреть старые видео и вспоминать о ней только хорошее. Еще мы дали слово, что никогда не потеряемся, конечно, но…думаю, если бы она узнала о том, что выкинул мой «папуля», она бы согласилась, что держать это обещание уже не имеет никакого смысла. |