Онлайн книга «Настоящая семья моего мужа»
|
— Просил же, — говорю хрипло. Не знаю зачем. Я все понимаю, правда, но… что-то пытаюсь. Сражение проиграно, я разбит в пух и прах, и это лишь предсмертная агония и последние муки последнего вздоха… — …не руби резко, Юль. Я же… — Думаешь, я не знаю, что ты приехал полчаса назад? — говорит она так же тихо, продолжая смотреть на меня. Слезы катятся дальше… Каждая капля ее — на моей душе оставляет длинный, уродливый шрам. — И ты серьезно рассчитываешь, будто я не понимаю, что это означает? Твое заседание под окнами? Сигареты одна за одной? СЕРЬЁЗНО?! Ее голос переходит на крик. Он отражается от стен и бьет меня с точным наведением в самое естество. В самый центр той вселенной, которая находится внутри меня. Разнося на части… Я сжимаю руки в кулаки, смотрю на нее исподлобья. Она дышит часто. Юля на грани истерики, но ее голос снова падает до глухого шепота. — Или я должна была сидеть здесь, как верная псина, и ждать тебя? Пока ты поднимешься и снова будешь говорить одно и то же?.. Злость яркой, едкой вспышкой проходится по сознанию. Шумно выдыхаю, потом веду головой. Надеюсь выиграть пару мгновений? Да, возможно. Потому что я не пытаюсь успокоиться — не получится. Невозможно сохранить контроль… Юля — та самая женщина, что забирает его почти играючи. Всегда. У меня от нее голову ведет. Я схожу с ума. Какой успокоиться?! Когда я знаю, что из-за моего мира и моего тупого выблядка-папаши… ее теряю… Делаю короткий шаг навстречу. Страх ошпаривает сознание. Я. Ее. Теряю. Юля резко выставляет руки перед собой и рычит: — Стой на месте! Ты лжец и ублюдок! Все точно. Все так и есть. Усмехаюсь криво. — Это не мой выбор, Юля. — Мне должно стать легче?! — Нет. — Вот именно. Я собираю вещи и валю отсюда. Точка. Она поворачивается и снова начинает паковать свои вещи, однако я не могу за этим просто наблюдать. Весь разум и вся логика идет на хер — я смотрю на нее, чувствую запах, который будто бы чувствую в последний раз… и все. Дальше нет ничего здравого во мне. Радиальная часть сознания тонет в дерьме из острых осколков собственного сердца — подскакиваю к ней, стискиваю предплечья и прижимаю к себе. Шепчу на ухо. Глухо, отчаянно: — Юля… Юленька, девочка моя, остановись. Я знаю, что ситуация — полное дерьмо. Я все понимаю. Я сам этому не рад, и если был бы другой выбор, я бы… черт, я бы все сделал ради тебя, ты знаешь. Но так складываются обстоятельства. Понимаешь? Они выше меня. — Отпусти. — Юля… — ОТПУСТИ МЕНЯ! Она начинает дергаться, извиваться, кричать. Но я прижимаю ее к себе, закрыв глаза, уткнувшись носом в ее волосы. Я себе поклялся, что не подниму эту тему еще после первого разговора с Петелевым. Я поклялся, что не сделаю этого. Но… ее сумки, собранный вещи, она — ее потеря! Делает меня безумным… Юля тяжело дышит в моих руках, плачет, а я продолжаю ее обнимать и шепчу: — Это не то, что ты хотела. Да, это не то, что я тебе обещал, девочка моя. Любимая, родная. Я все понимаю, но… прошу тебя, пойми меня тоже. Отец все просрал. Петелев отказался от любых возможных гарантий, кроме брака с его дочерью. Пожалуйста, пойми… от меня зависят мои сестры, моя мама… я…я не могу отказаться. — Я понимаю… — еле слышно всхлипывает она, — Но кто подумает обо мне? — Я буду думать о тебе, родная. |