Книга На грани. Любовь и предательство, страница 9 – Лина Хоук

Шелли, напротив, ослепляла своей яркостью и эмоциональным напором. Она предпочитала атаковать напрямую, используя свое обаяние и бесконечный запас шуток и историй. Гарден не привыкала сдаваться на полпути и старалась изо всех сил показать, что она достойна внимания не меньше, а то и больше, чем её соперница. Каждая их встреча с Амандой напоминала поединок, где никто не хотел уступать хотя бы на миллиметр.

Нэйтон же, окружённый вниманием двух прекрасных женщин, мог только наслаждаться этой игрой, как бы ни казалось ему это с моральной точки зрения. Его тешила мысль о том, что две столь разные женщины стараются завоевать его расположение. Он наблюдал за их сражением, иногда даже подкидывая топливо в огонь, чтобы посмотреть, как вспыхивают искры ревности и конкурентности. Быть центром внимания для него было лестно и захватывающе.

Со временем, однако, игра начала переутомлять участников. Аманда и Шелли становились всё более раздражительными, их вымышленные маски едва держались на лицах, и искрение соперничество грозило перерасти в открытую вражду.

В этот день стояла солнечная погода, как и обычно и, казалось бы, сегодня "день жены", но она не идет к нему даже после второго сообщения. Она поняла, что превратилась в участницу бессмысленной игры, бросив вызов собственным принципам и потеряв часть себя. Сейчас вместо соперничества с Шелли она хотела одного — вернуть утраченное равновесие и ощутить истинное чувство свободы, просто насладившись отдыхом.

— Мам! Ты хоть один коктейль нормальный выпила за всю поездку? Сидишь со мной на берегу как с маленькой! — Луиза возмущается.

— А что не так? Не нравится моя компания?

— Нет же! Но это не отдых!

Луиза недовольно вздохнула и задумчиво посмотрела на горизонт. Времена, когда она была малышкой, нуждающейся в постоянном внимании матери, давно прошли. Её юношеский запал и стремление почувствовать себя взрослой, независимой, чаще всего выражались в таких моментах. Но её мать, кажется, упорно отказывалась признать, что дочери уже десять, и, возможно, ей нужны не только забота и контроль, но и самостоятельность.

— Хорошо, милая, я поняла. Сегодня делаем всё по-твоему, — Женщина нежно улыбнулась и коснулась плеча дочери. — Что ты предлагаешь? Куда бы тебе хотелось сходить?

— Не мне, а тебе. Иди выпей коктейль! Расслабься!

Блондинка вздохнула. Краем глаза подметила, что муженек неподалеку с Шелли. Вспомнила, что забыла мобильный в номере и поднялась с песка.

— И даже не думай свалить! Ко-ктеееейли! — пропела ее малышка, потащив мать к пляжному бару.

— Ладно, ладно!

За барной стойкой их встретил высокий крепкого телосложения мужчина в черной рубашке с белым принтом. Серые спортивные штаны были приспущены немного, из-за чего виднелась кромка белья. На плече тату, куча колец на пальцах и цепочек на шее.

— Что желаете? — интересуется бармен с неприметным бейджиком: Джонатан Свифт. Он вежливо и задорно улыбается. Нравилась ему эта работа, хоть и было оно скорее как хобби.

— Даже не знаю… — блондинка косится в сторону дочери, что встала поодаль в этом забавном купальнике с юбочкой, а потом чуть прикладывается грудью к барной стойке и спрашивает шепотом:

— Намешайте что-нибудь яркого и не крепкого, чтобы моя несносная дочь от меня отстала…