Книга Его должница. Бой за любовь, страница 54 – Евсения Медведева

— Мне не нужно следить, потому что этот мир уже давно для меня понятен. Доброту потребляют, как воздух, совершенно не намереваясь возвращать её. Этот мир — мир потребителей. А ты, доктор Соня, слишком честная, и явно родилась не в той эпохе.

Князев сделал кружок по гостиной, достал из шкафа бутылку водки, плеснул в стакан, бросил дольку лимона и вернулся в кресло.

— А если без морали?

— А если без морали, то с тобой по-хорошему не получится, так? — он сделал глоток и даже не поморщился.

— Получится, если расскажешь правду!

— Мой отец — генерал. Его предупредили о моем задержании, и он примчался, чтобы в очередной раз ткнуть носом в упущенные возможности. Я для него — подонок и преступник. Бросил военную академию, ушёл в армию, а вернувшись — сменил фамилию и отрёкся от нашего родства.

— Что он сделал? — пыталась понять, правду он говорит, или это очередная игра.

— Моя мать погибла. Крушение вертолета подстроено, чтобы убрать госпожу Лютаеву, а мама стала просто сопутствующей жертвой. Отец всё знал… Имена, фамилии, причины… Но ничего не сделал, чтобы наказать подонков! А за это получил пару звёзд на погоны и тёплое место в министерстве. Так что не только тебя окружают уроды, у меня они в родне. И если ты сейчас упрёшься, то непременно сядешь…

— Это угроза?

— Это факт. На пистолете твои отпечатки, а ещё имеется мотив. Этого достаточно, чтобы с твоей помощью поправить статистику громких дел. И ещё… Не забывай, что ты моя должница, — Игорь царапнул меня острым взглядом и хрипло рассмеялся. — Это я вытащил тебя из вонючей камеры!

— И что? По какому курсу принимаете благодарность? Тело? Душа? Принуждение? Что именно интересует? — цедила, реагируя на резкую смену риторики.

Чёрт! Это какие-то американские горки! Он то вкрадчивой поступью приближался, касался души, сердца, казался добрым и порядочным гигантом, то обрушивал на меня смертоносную правду, от которой жить не хотелось! Контрастный душ, после которого невозможно прийти в себя!

— Тело, говоришь? — Князев прорычал и вскочил с кресла, начав кружить вокруг меня кровожадным зверем. — Нет… Сонь, это неинтересно. Скучная игра в принуждение — это пережиток прошлого. У меня есть идея получше… Женой моей будешь. Фиктивной, естественно. Для начала на два месяца… А там и долг отработаешь.

— Что ты несешь?

— Я все сказал, доктор Соня, — Игорь перестал смеяться и в два шага оказался рядом. — Если в этом гребаном мире и есть человек, способный тебе помочь, то это я! Если кто-то и имеет мотивацию сломать систему, нагнуть прокурора и утереть нос генералу, то это я! И не делай вид, что это хреновый план. Я — гений… А ещё я — твоё алиби, милая.

Он говорил с жаром, не пытаясь убедить меня, а транслируя ярость, способную спалить всех и вся.

И пусть он это сделает не ради меня! Пусть достигает своих целей, зато я и мои родные не окажемся одни.

— Что нужно делать? — прошептала и попыталась отстраниться, но Князев вдруг выбросил руки и уперся в стену, замыкая меня в капкан.

— Ты станешь моей женой, Соня. Одна семья, одна квартира, одна жизнь… Никто в этом городе не должен даже усомниться в искренности наших чувств, в противном случае нас размажут. Подумай о своем сыне! О свекрови?

Он становился всё ближе, его дыхание было горячим, влажным, с ароматом терпкой зубной пасты и ядреностью алкоголя.