Книга Невыносимая для Мерзавца, страница 106 – Евсения Медведева

Почему я снова и снова делаю то, чего он хочет? Да ещё улыбаюсь, готовая встать на задние лапки, чтобы меня погладили по головке. Слава не давит, не орёт, не шантажирует. Он просто в сознание проникает и обезоруживает моё врождённое желание сопротивляться всему.

Наш спор, начатый накануне знакомства наших семей, тянулся долго… Слава настаивал на свадьбе, а я хотела ребёнка. Не из-за слов мамы, нет… Просто я сердцем чувствовала, что этот мужчина – частичка моего пазла, только тот неполный. Там есть несколько пустующих мест. И я определенно точно знала, кого не хватает для полного счастья… И чтобы не искушать судьбу, я сдалась, соглашаясь на всю помпезность торжества. Зачем сердить фортуну? Зачем противиться очевидному?

Знала бы я, сколько нервов высосет из меня организация собственной свадьбы, настояла бы на тихой росписи в ЗАГСе. По мере разбухающего списка гостей приходилось менять и концепцию, и место проведения. В небольшой загородный клуб мы уже не помещались, поэтому Мятежный психанул и закрыл комплекс, в котором мы провели свою первую ночь, спасаясь от погони полиции, чтобы успеть приготовиться к торжеству.

Я сначала решила, что всё сделаю сама… Но как же я ошиблась! В какой-то момент Тая не выдержала моих истерик и привела знакомого организатора, на плечи которого упали и недовольный рык Мятежного, и мои завышенные требования.

Эти полгода были такими насыщенными, что казалось, мы живём вместе всю жизнь, а не несколько месяцев. Тяжело, суетно и очень нервно. Но всё заканчивалось, как только мы оставались наедине.

Я сначала думала, что это наш дом такой волшебный, умиротворяющий, подавляющий мой характер и его мятежность, но нет… Оказалось, что дело в нас двоих. Эта райская идиллия просто преследует нас, где бы мы ни находились: в отпуске, в гостях у родителей или в командировке, куда Мятежный таскал меня, не принимая ни единого возражения. Он знал, что я делаю это, чтобы просто не отвыкнуть возражать, а я по инерции мотала ему нервы, чтобы обжечься об искры из глаз. Это была игра. Наша игра.

— Вера! – Луша, старшая сестра моего будущего мужа, постучалась в дверь. – Ты ещё не сбежала?

— Мятежный меня приковал, что, брата своего не знаешь? – махнула рукой, на запястье которой висел толстый платиновый браслет, подаренный накануне. – Боже! Я так нервничаю…

— Ты ещё муженька своего не видела. Я даже и не думала, что он так умеет, – Луиза обняла меня, а потом стала крутить, как куклу фарфоровую. – Ты как принцесса, Верочка. Тоненькая, такая красивая. Тьфу на тебя…

— Спасибо, Луша, – прижала ледяные пальцы к пылающему лицу. Да мне до сих пор стыдно за то появление в кабинете Славы, где я довольно резко намекнула на её странное имя, подходящее проститутке. – Я всё боялась… Ты меня прости за ту сцену в кабинете?

— Верка! Ты – лучшее, что случалось в жизни моего оловянного солдатика!

— Что есть, то есть, – в сумке брякнул телефон, а я подскочила на месте. Схватила, и дышать перестала, вчитываясь в адрес отправителя письма.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с силами, а когда палец дрогнул, и письмо развернулось, воздух превратилось в пламя.

Время замерло, я перестала слушать Лушу, не видела, не чувствовала, просто сгорала. Глаза затянулись слезами, сердце колотилось, как ненормальное.