Книга Договор на нелюбовь, страница 143 – Евсения Медведева

С этими словами удалилась. Я долго не брал телефон в руки, пытаясь понять, для чего мне это нужно? Можно было удалить и забыть. Но мир, в котором живу я и её «некоронованное величество Килина» слишком гадок. Если она увидит, что я даже читать не стал, сольёт его к чертям собачьим в какой-нибудь желтушный паблик, чтобы потешить своё уязвлённое самолюбие. Вариантов не было.

И, к сожалению, оказался прав. Как только я его открыл, от Килиной пришли противно смеющиеся смайлики. Она будто затаилась и смиренно ждала, чтобы посмеяться. Пусть и не в лицо, на это смелость иметь нужно, а вот так… жёлтыми мордами в сообщении. Подлость…

Я вновь и вновь пересматривал то видео, пытаясь убедить себя, что это не Катя. Все две минуты, что длилось видео, блондинка скакала на каком-то мужике на заднем сидении машины, раздражая ярко-красным топом. Оператор был опытный, потому как заснял номер, чтобы растворить любые сомнения. Как бы я ни старался убедить себя, но факты твердили обратное. Катя…

И мою планку сорвало! Метался по квартире загнанным волком. Всё то, о чём я даже думать боялся, стало удавкой стягиваться на моей шее. Здравый смысл покинул меня вместе со спокойствием. Воспоминания понеслись перед глазами, как старый фильм. Все наши объятия, поцелуи взорвались этими отвратительными кадрами из того видео. Орать хотелось. Сносил всё на своём пути, наслаждаясь звуками бьющегося стекла.

Рванул в «Яблоневый», но дом встретил меня темными окнами, а на парковке у ворот стояла та самая машина. Подошёл и стал задыхаться. Кадры вновь и вновь всплывали, закручивая воронку сжирающей меня злости все сильнее.

Но окончательно меня добил валяющийся на переднем сидении кусок рваной красной ткани, очевидно, бывший ранее тем самым топом. Я зажмурился и прижался лбом к раскалённому металлу, совершенно ничего не чувствуя. Просто дышал. Просто существовал, и лишь давящая пустота внутри готова была взорвать меня на миллионы мелких частиц. Сдохнуть хотелось. Здесь и сейчас.

Никого не впускал близко. Наслаждался собственной свободой от всего, что может замедлить моё движение к поставленной цели. Улыбался, выслушивая душевные терзания Ксюхи, смотря в опустошенный любовью взгляд Мирона. Думал, что со мной такого уж точно не произойдет! Но Катерина умудрилась обойти броню. Сука!

Сел в машину и помчался в «Вишнёвый», чтобы попытаться заглушить пустоту алкоголем. Но стало только хуже. Пьяное сознание словно специально вновь и вновь крутило то видео, как пластинку заевшую. Хотел позвонить, заставить приехать! Но не хотел привлекать внимание матери. Чёрт! Выскочил на балкон и замер…

… Мой дом в «Вишнёвом» долго раздражал чопорных жителей современного элитного посёлка своей не обжитостью. Почтовый ящик был забит предложениями продать, но я отчего-то упирался. Нравилось мне приезжать в тишину. Ходил, вдыхая строительную пыль, наслаждался холодом бетона. Этот дом приземлял меня, напоминая, что жить я могу только под своим именем. Купил дом в посёлке, который строили отец и дед с первого гонорара от «Лазурного». На свои купил. Долго стоял у дверей, сжимая бумажку, что наделяла меня собственностью. Не семейным имуществом, а тем, которого смог добиться сам.

Дал обещание, что отремонтирую дом только после того, как сделаю что-то большое, грандиозное! Но как в веренице бесконечных проектов понять, что из этого грандиозное? Планка постоянно повышалась, а профессиональная жадность срывала башню. Вспомнил про свою собственность только год назад. И стыдно стало. Словно обещание дал не себе, а бетонной коробке, что домом называлась. Рванул туда, как сумасшедший, чтобы опять вдохнуть сырость и холод пустующего помещения. В тот душный августовский день я впервые и увидел её…