Книга Договор на нелюбовь, страница 145 – Евсения Медведева

— Ну, не трахалась… Хорошо. Но всё равно найду. И выясню, что там было, а потом всё равно откручу. Потому что никому не дам к тебе подходить! Откручу!

— За что, милый? Ты мне фиктивный муж. А теперь и вовсе бывший, поэтому яйца крути ухажёрам Килиной, а ко мне больше не смей приближаться! – выговорилась она и выдохнула, словно тяжесть с плеч своих сбросила. Стояла. Нет, не ответа моего ждала, зная, что сказать мне нечего. Смотрела, будто пыталась запомнить. Шарила глазами по лицу, шее, спустилась к груди. Прощалась. Спрыгнула со стола и бросилась прочь. Дурочка моя наивная. Не отдам я тебя теперь. Моя…

Хотел пойти за ней, но не мог. Что я ей скажу? Извинюсь? Да кого ты нае*ать пытаешься, Царёв? Ты же не уверен ни в своей правоте, ни в её виновности. О чем говорить? Права она. Придурок я.

Только после ледяного душа мозг заработал. Вышел из ванной и ужаснулся. Мебель была перевернута, весь пол засыпан осколками и одеждой.

— Хм… – переступил через комок рубашек, залитых чем-то коричневым. – Ехать куда-то собирался, что ли?

Улыбнулся сам себе и пошёл вниз, не переставая удивляться силе идиотизма, что перекрыла меня.

— Ты один это сделал? – в пороге стоял Королёв. Он снял солнечные очки и бросил коробку пиццы на перевёрнутый комод. Если уж в глазах Королёва я видел шок, то насколько была испугана Катя, лучше вообще молчать.

— Хотелось бы думать, что нет, – вздохнул, рассматривая разрезанный диван, из которого торчал наполнитель, а изумрудный велюр обивки болтался истерзанными лохмотьями, будто зверь растрепал. – Может, я что-то искал?

— И как? – Королёв оценил обстановку и не стал снимать кеды. Перевернул комод и двинулся за мной на кухню. – Нашёл?

— Ага, белку нашёл. Очевидно же, – я поблагодарил самого себя за собственную халтуру, потому что кофемашина оказалась целой. – Чего примчался? У тебя же Лондон.

— А ещё у меня друг, – Мирон похлопал по мраморной столешнице кухонного острова и рассмеялся. – Не смог поднять?

— Очевидно, – хриплый смех вырвался из моей груди. – Надо всю мебель к полу приколотить, а то от этой девчонки башня моя крен даёт.

— Слабак, – друг дернул плечами и стал поднимать стулья, ногами разгребая для себя безопасную от осколков тропку. – Ну? Как двинемся? По моему методу или поговорим?

— Смотря для чего ты припёрся.

— Дай видяшку посмотреть? – рассмеялся он, облокачиваясь на остров. Подался корпусом вперёд, коварно улыбаясь. – Говорят, я очень фотогеничен.

Последняя целая чашка вырвалась из моих рук и со звоном рухнула на пол. Я обернулся, напоровшись на его довольную морду. Не-е-ет!  Этого не может быть!

— Королёв!! Твои, б**дь, шуточки сейчас мне меньше всего нужны! – взревел я, со всей дури ударяя кулаком в холодильник. – И так с головой не в порядке! Видишь… Что-то потерял, а что, не помню…

Я ещё раз обвёл взглядом помещение, что когда-то было уютным домом, фото которого печатались в журналах об интерьерах.

— Не-не… Не трожь моё лицо. Мне ещё торговать им. Не так начал. Прости. Это не Катя. Так лучше?

Конечно, лучше! Сжал челюсть и стал шарить по шкафам в поисках тары, из которой можно было выпить кофе. Но кроме коньячных бокалов ничего не нашлось. Брякнул первым о стол и подтолкнул его в сторону улыбающегося Королёва.

— Где же ты, сукин сын, был раньше, когда я тут искал что-то?