Книга Его Мишень, страница 134 – Евсения Медведева

А что говорить? Сил больше ни на что не осталось. Оттолкнула против собственного желания и выдохлась, потому что не этого хотелось. Мне нужны были его руки, шепот, дыхание и смешные пошлости, что так легко вылетали из рта. Я так и стояла обнаженная у кухонного гарнитура, сжимая каменную столешницу пальцами, будто сила в ней была какая-то.

Опять прав. Раньше надо было спрашивать, когда убежала от него на свадьбе, а потом шарахалась, как от прокаженного, или когда из-за угла наблюдала, как он садится в машину, чтобы убедиться, что один уезжает, а не с женой законной.

Хрен тебе, Гера! Ни за что не признаюсь, что виновата. Сам мне сказал, что нет у тебя завтра. У нас его нет… Быть может, это из-за нее? Здрасьте-Наст забрала моё завтра! Я дернула головой, осматривая красивого мужчину, напряженно смотрящего мне в затылок. Она не просто завтра забрать хочет, а на мужчину моего глаз положила?

— Голова сейчас лопнет от тишины, – он встал, забрал из моих рук чашку со свежим кофе и вновь вернулся за стол, будто и не замечал моей наготы. – Помочь начать? Или ещё подождать?

— Ты давишь на меня! Я постоянно чувствую твою силу, Гера. Когда страшно должно быть, мне спокойно, когда весело, смеюсь, как ребёнок, подпитываемая взглядом твоим мальчишеским, а вот говорить серьезно с тобой не могу… А нельзя так! Женщины должны говорить о серьёзных вещах, Гера. Ну, что ты за человек такой, а?

— Почему же? – Гера снова закурил и потянулся, как кот ленивый.

Наблюдала за ним украдкой из-за плеча, а он делал вид, что не замечает. Большой, крепкий, ещё немного сонный с всклокоченным волосами, но это его вовсе не портило, скорее наоборот. Черты лица теряли свою резкость, трехдневная щетина скрывала волевой подбородок. Сука, да он даже в трусах смотрелся настолько органично на моей кухни, будто это я к нему в гости приехала, а не наоборот. Но дело даже не в этом… А в том, что противостоять его энергетике я не могу.

— Сенька моя всегда получает то, чего хочет, пусть и неосознаёт. Ты убегаешь- я догоняю, ты звонишь- я приезжаю… Поэтому пока я плохо улавливаю претензию на счет давления. Если прижал тебя во сне, то прости, сон у меня крепкий…  Но не могла бы ты дать мне чуть больше информации? Что тебя смущает? Ты просила помощи, я протянул тебе руку. В этом проблема?

— Я хожу по кругу, ей Богу! День сурка какой-то… Егору цитирую твои жизнеутверждающие фразы, а тебе процитирую директрису детского дома, – я смело оттолкнулась и развернулась к нему лицом, с наслаждением впитывая его мутнеющий взгляд. Он с трудом пытался держать глаза на лице, но тот предательски то и дело опускался всё ниже и ниже…. – Протянутая рука может не только помочь, но и столкнуть Гера. Привязанность губительна, если не имеет под собой почвы. Вот так… Красивые вещи умеешь говорить не только ты.

— А-а-а… – протянул он, затушил сигарету и замолчал, сложив на груди руки в замок.

Кожей чувствовала его напряженный взгляд, скользящий по ногам, груди и шее. Мурашки стали взрываться, оставляя ожоги, от которых вскипала кровь, а желание говорить таяло. Хотелось просто наброситься, обнять и признаться, что скучала. Но нет… Не могла! Потому что мало он мучается… Женщины слишком кровожадны, когда дело касается прав на своего мужчину. Здесь мало гербовых бумажек, там оттиск в сердце должен быть. Вот пусть и предъявляет! Иначе пусть дальше мучается.