Книга Его Мишень, страница 139 – Евсения Медведева

— Давай-давай… Я за двое суток пролетел пол России туда и обратно, мне нужно размяться, – Гера, надевая простые голубые джинсы, подтолкнул меня к спальне, как обычно, не удержавшись от шлепка по заднице.

Я быстро переоделась, а когда вышла, то Гера уже стоял в пороге, нетерпеливо стуча костяшкой пальцев по двери, и о чем-то напряжённо думал. На лбу его залегла складка, губы то и дело сжимались в ниточку, а на подбородке выделялась выразительная ямочка. Тянуть кота за хвост он не умел, поэтому, как только мы вышли из дома, сделал глубокий вдох, резкий выдох и потянул меня к тропинке в сторону парка.

— У тебя есть два варианта. Опека и усыновление. Разницу объяснить?

— Да, – я закивала головой, не сводя с него взгляда.

— Опека – просто, относительно быстро и без подводных камней. Усыновление – далеко не просто, довольно долго и проблемы прилетают оттуда, откуда ты их вообще не ждёшь. Опека: ты не имеешь на ребёнка прав, он просто доверяется тебе государственными органами на воспитание, находится на содержании государства, а ты постоянно отчитываешься за потраченные деньги, по требованию даешь выписку банковских счетов и прочие веселые телодвижения по желанию опеки, они же танцы с бубнами. По достижению совершеннолетия ребёнку государство выделяет жилье. А ещё, если объявится родственники или кто-то вдруг резко пожелает его усыновить, то ты отправляешь в лес подснежники искать. Вопросы?

— Нет…

— Усыновление – фактически ты становишься матерью. Со всеми правами, обязанностями и ответственностью. Денег нет, отчетов нет, но нет и жилья. Вот тебе краткий экскурс по бюрократическим веткам. Ну?

— А если он не захочет? Я же не могу его насильно заставить жить с собой? Да и убегать станет только проще, да?

— Вот, в этом вся и соль, Сеня, – Гера обнял меня за плечи и направил к небольшой кофейне на колесах, откуда тянулся соблазнительный аромат. – Двойной американо без сахара и капучино с карамельным сиропом.

— Откуда ты знаешь? – пискнула я.

— Гера всё знает, – он смеялся, ловя мою руку, которой я пыталась пощекотать его под футболкой. – Ребенок если и может принять взвешенное решение, то спроса с него нет. Понимаешь? Сегодня да, завтра нет. Опека хороша тем, что ты всегда можешь отмотать все вспять без каких-либо потерь, ну или с малыми. А с сыном такое не получится… Его нельзя вернуть обратно просто так… Понимаешь?

— А я не хочу его возвращать, Гера. Не хочу! Ему нужна моя любовь, нежность и забота. Я вижу, как он реагирует на прикосновения, как взгляды ловит, хоть и колется ёжиком диким. Ему нужно то, чего у меня в избытке. Это не просто желание, а потребность. Я могу помочь ему двигаться от света к свету, как ты учил, наполняя сумерки яркими вспышками новых воспоминаний.

— А мне твоей нежности хватит?

— Хватит, Гера… Не отвлекайся, – сжала его руку, прильнула к плечу, пряча довольную улыбку.

— Тогда идем дальше, – он расплатился за кофе, протянул мне стаканчик и пошел не в сторону зоны аттракционов, а к аллее, тянущейся вдоль реки. – Он ребёнок. На нем нет ни одного грамма ответственности за решение, которое тебе придется принять. Это тебе в первую очередь придется доказывать ему свою любовь, авторитет зарабатывать, а не ему. Это сложно, Сень. Правда. Но если ты решишься, я тебе помогу. В первую очередь мы летим в Сочи, где ты проветриваешь мозги и даешь мне взвешенное и окончательное решение. И только после свадьбы Королева я веду тебя к адвокату по подобным делам, и мы запускаем процесс, какой бы статус ты не выбрала.