Книга Птичка для пилота, страница 131 – Евсения Медведева

Да, с мыслью, что этот мужчина поселился не только в моей квартире, доме, но и в сердце я уже давно смирилась. Потому что в его объятиях было совершенно спокойно. Несмотря на то, что секса он меня лишил совершенно серьезно!

Признаться, изводила я его не по-детски. Спрятала все забавные пижамы, рассекая по дому в шелковых пеньюарах, а перед сном прижималась крепко-крепко, заставляя его дыхание становиться тяжелым, а сердцебиение сбивчивым и таким громким.

Нет, я не знала о его чувствах, а ощущала их. Буквально во всем: взгляде, объятиях, едва заметных поцелуях в макушку и грусти, с которой он уезжал из дома на работу. Он не говорил, не сыпал обещаниями и не играл, дав время, чтобы привыкнуть и ощутить. Конечно, он был прав. Я должна сама захотеть этого. Проблема лишь в том, что я давно хочу. И это пугало. Потому что то, что творилось с моим разумом и телом, стоило лишь ему приблизиться, было нереальным, фантастическим. Наверное, это и есть любовь. Не как с Гришкой. Нет. Я просто сердцем чувствую любовь. Настоящую, прекрасную и такую сильную, что хочется плакать.

— Мам! Я дома! – крикнула я с порога, отточенным движением бросила сумку на банкетку, стянула сапоги и побежала в зал, откуда доносился громкий смех и аромат маминых пирогов.

— Дочь, – папа вышел из кухни с блюдом, на котором дымилась золотистая утка. – И когда ты нам хотела рассказать?

— О чем?

— Мой руки и за стол, – строго сказала мама, но потом чмокнула меня в лоб и улыбнулась, укорительно покачав головой. – Тань, ну о таком предупреждать нужно. Готовить родителей. Мы же уже не молодые.

— Да что случилось?  – я растерянно переводила взгляд с отца на маму и обратно, пытаясь понять, о чем они говорят.

— Эх ты, конспиратор! – ухнул басом Федька, сгребая меня своими ручищами в крепкие объятия. – Я с тобой всеми секретами делюсь, а ты…

— Я сейчас начну кричать, если вы все не объясните, что случилось!

— Спокойно, Птичка…

Это до боли знакомое «Птичка» заставило меня замереть. Но когда мозг справился с шоком и осознал, что всему виной мой мистер-Боинг, я как-то даже расслабилась. Выдохнула. Отпустив тревогу от мыслей о знакомстве с родителями. Он все сделал сам.

— Мне кажется, что ты как-то слишком буквально понял мое «жду» в смс, – я вырвалась из рук Фёдора и повернулась.

Максим стоял, прислонившись к дверному косяку, ослепляя меня своей мега-довольной улыбкой.

— Не вредничай, иди, обниму, – он раскрыл руки, а я пошла.

Послушно побежала в объятия мужчины, который плотно засел в моей душе. Это точно любовь, все чаще спрашивала я себя. Но одно только его «Птичка» заставляло покрываться тело мурашками.

— Привет, милый, – повисла на шее, бултыхая ногами в воздухе.

— Привет, Танечка.

Прижалась крепко-крепко, уткнувшись носом в его тёплую шею. Вдохнула запах кожи, запустила пальцы в густую шевелюру и заплакала. Слёзы сами покатились. Да, расставания давались тяжело, но встречи… они были особенными. И каждый раз разными.

— Ваня, – всхлипывала мама. – Обними сейчас же!

— Кого? Её уже обнимают, – рассмеялся отец.

— Меня! Меня обними, дурачок, – расплакалась мама, бросаясь очумевшему отцу на шею.

— Иди, я тоже хочу обниматься. Не заставляй реветь при всех, – рассмеялся брат, подходя к креслу, в котором сидела хлюпающая носом Машка, поглаживающая свой уже довольно прилично округлившийся животик.