Книга Друг моего сына. Мой сладкий грех, страница 20 – ДОМИНАТРИКС

Проходит минут десять, наверное, и дверь випки открывается.

Вижу его, и хочется расплакаться.

Другой стал. На Кире обычные джинсы и футболка, а темные волосы коротко подстрижены и обесцвечены до пепельного блонда.

— Ева? — поджимает губы.

Мне становится страшно, что он сейчас развернется и уйдет.

— Не уходи, пожалуйста.

Подходит ко мне, и в груди огоньком загорается надежда. Берет меня за руку, вкладывает в ладонь купюры и зажимает ладонь.

— Уходи, — произносит одно только слово. — Я так больше не могу и не хочу.

— Нет-нет, — шепчу, роняя деньги.

Хватаю его за руку и целую пальцы парня, умирая под его взглядом, в котором столько обиды.

— Ты вытерла об меня ноги, — чеканит слова. — Я тебя полюбил, я хотел серьезных отношений. Я бы поговорил с Максом, и все бы было хорошо, но тебе нужно было просто потрахаться. Прости, Ев, я неправильно понял. Ты реально хотела воспользоваться услугами шлюхи, но я не про это.

— Ты можешь сесть, чтоб мы поговорили? — тяну его за руку.

— Сел, — опускается на диван напротив. — Дальше, что Ев?

Я сползаю с дивана, встаю перед ним на колени и кладу ладони на накачанные бедра парня.

— Я тебя люблю, Кирилл, — признаюсь и тянусь к поясу джинсов. — Прости меня, пожалуйста.

Рывок вперед, и он хватает меня за подбородок. Тянет к себе. Мы глаза в глаза.

Я жить без него не могу. Просто не могу, и так больно видеть этот холод в глазах парня.

— Ты меня “любишь”, когда тебе удобно. В остальных случаях выбираешь других. Что будет после этой ночи, Ев? Максон топнет ножкой, обидится на тебя, и ты опять скажешь, чтоб я шел на хер, да?

— Нет. Никогда такого больше не будет, — клянусь ему, давясь словами.

— Докажи мне, — отпускает меня и откидывается на спинку. — Докажи, что любишь. Что нужен.

И как доказать? Слов нет, голова отключается, когда он так близко, когда чувствую его запах, когда касаюсь.

Пальцы подрагивают, когда я тянусь к ширинке его джинсов. Смотрит на меня с обидой, но позволяет расстегнуть молнию.

Резко останавливает меня, накрыв мою руку своей ладонью.

— Не торопись. Разденься и станцуй для меня, Ев, — вдруг просит. — И мы поговорим. Сексом все не решишь.

Ну, конечно. Сильно обижен.

Все честно. Заслужила.

Ладно, поговорим так.

Поворачиваюсь к нему спиной так, что колени парня между моих ног. Бросаю взгляд через плечо и вижу, что он уже не так напряжен.

— Расстегни, пожалуйста, — прошу. — Я сама не могу. Не могу без тебя.

Я надеюсь, что он понимает, что я не про молнию говорю.

Кирилл тянет “собачку” вниз, а потом стягивает с плеч лямки. Я помогаю ему, спустив ненужную тряпку по бедрам.

Теперь я перед парнем в одних чулках и туфлях.

Порывисто обнимает меня за талию, обвив сильными руками. Целует в поясницу.

Резко отпускает и шлепает по попке.

Я разворачиваюсь, кладу ладошки на его бедра и делаю что-то похожее на пистолетик. Мне нравились танцы до того, как я забеременела Максом.

Так двигаться, как он, я не умею, но хоть что-то.

— Знаешь, я тебе врала, Кирилл, — проговариваю тихо, приблизившись к нему так, что мы почти соприкасаемся кончиками носов.

— Да? — проводит большим пальцем по моему подбородку. — В чем?

— Мне нравится новый цвет балкона, — шепчу ему в губы. — И ты нравишься. Так нравишься, что я бы оставила тебя на всю жизнь.