Книга После развода. В его плену, страница 28 – Мария Устинова

— Я вас понял, — Дик шумно вздыхает, ему бы хоть глоток воды, губы печет. — Мы найдем решение, которое устроит всех. Дайте позвонить Луке. Я должен сказать, что все в порядке…

— Ты не в порядке, Влад.

Босс с усмешкой затягивается.

Снова этот немигающий прищур.

Он не даст позвонить.

Плевать.

Денис ушел, а это значит, что она — в безопасности. Лука поедет к отцу. Лану оставит в квартире. Ей должно хватить ума запереться и никого не впускать.

— Дайте воды.

Мужик снова не реагирует.

Чего он ждет?

— А до тебя долго доходит, Влад.

Он с усмешкой отходит в сторону и со стула открывается вид на вход.

И на лужу крови, которую Влад не увидел в темноте, когда его втаскивали в помещение.

Затоптанная кровь.

Он оглядывается, замечая брызги вокруг.

Кровь свежая.

Кого-то били. А затем…

— Денис был здесь? — его продирает холод.

«Меня развязывают!» — кричал Денис в трубку. Его отпустили и он пошел к выходу.

— Вы убили его⁈ — он дергается, пытаясь высвободить руки. Бесполезно. — Вы застрелили моего брата⁈

— Ты не такой умный, как про тебя говорят, — презрительно бросает босс. — Долго доходит.

— Вы сказали, его отпустят! Я слышал, как он уходил!

— Да. Этот идиот так обрадовался, что его отпускают. Типа за него все порешали. Дерзить начал. Он это заслужил, гнилой мажор.

Дик снова дергает руки, невидяще глядя на кровь.

— Это будет предупреждением его отцу. Пройдет против меня: все потеряет. Ты будешь вторым, если не одумается, увидев тело сына.

— Я его племянник. За меня он столько не даст.

— Посмотрим.

Денис мертв.

Тело доставят отцу, и это значит…

Это конец.

Дядя любил младшего. Войны и мести не избежать.

И, конечно, виноватым объявят его. Это ему, Дику, придется заплатить кровью и самым дорогим за то, что не уберег младшего брата.

Ну и плевать.

Он-то выдержит.

Выдержит ли Лана, когда отец узнает, что Денис погиб из-за того, что они увлеклись друг другом?

— Нет, — шепчу я.

Быть в клетке со зверем — смысл этого выражения я поняла только сейчас.

Когда с ним оказалась.

Лука выворачивает сумку на пол.

Подбирает паспорт Мелании, читает имя и… рвет пополам.

За ним следует телефон.

— Пароль.

Я молчу.

Лука подходит и хватает за руку, сверля взглядом.

Он очень сильный…

Если бы сказала, избежала бы физического контакта.

Я боюсь его.

Его прикосновений.

Взгляда.

Запаха.

Рука сжимается на запястье с такой силой, что открываю рот от боли, но не кричу.

Веди себя тихо.

Или будет хуже.

Лука насильно прижимает палец, чтобы снять отпечаток и разблокировать телефон.

Открывает контакты.

— Глеб… — низко произносит он. — Глеб Варнак, верно? Правая рука Сабурова.

Только не звони им…

Не знаю, к чему такая мысль. Нужно кричать, искать спасения, а я затаилась, как мышь. Словно надеюсь: если сидеть тихо, то спасусь.

И еще стыдно.

Дико стыдно перед Сабуровым и Глебом, когда поймут, в какую ловушку я угодила. Поймут, что со мной сделали.

— Муж, — читает Лука название контакта.

Набирает номер и ставит на громкую связь.

Комнату наполняют томные гудки.

— Да? — резко отвечает Эдуард.

Зажмуриваюсь.

Знакомый, родной голос некогда любимого человека выбивает слезы.

Я на грани истерики.

Я задыхаюсь.

— Эдуард Сабуров?

— Кто это⁈

По интонации слышу, что Эд все понял. Он понял, что мужчина, позвонивший с моего номера, один из Дикановых.