Книга После развода. В его плену, страница 79 – Мария Устинова

Влад Диканов

— Как вы себя чувствуете?

Глаза режет свет.

Пробуждение не из приятных. В памяти комок кровавых воспоминаний, боли и адреналина.

— Где я?

Он заслоняется рукой от света.

— Вы в больнице. Операция прошла хорошо, — женский голос повторяет. — Как вы себя чувствуете?

Наконец, Дик открывает глаза.

Над ним склонилась медсестра.

— Все хорошо, — он отворачивается, пытаясь понять, что вокруг.

Инстинктивно ищет Ингу.

— Моя жена…

В памяти проносятся картинки.

Быстрые, как вспышки.

Они идут под руку. Перед ними резко тормозит мотоциклист, два резких выстрела, боль и темнота.

— Ваша жена уехала. С ней все в порядке. Сейчас к вам зайдет врач, а утром полиция.

Медсестра быстро уходит.

Значит, в Ингу не попали.

Он выдыхает.

Перед глазами проясняется и он видит мелкие синячки на правой руке.

Проколы ее ногтей на коже.

Дик сдирает с себя простыню и пытается посмотреть на место попадания. Там тугая повязка. Боли нет, хотя двигаться дискомфортно.

— Дик, наконец, — в палате появляется охранник.

Рожа виноватая, но сейчас плевать.

Он как не в себе. Мышцы расслабленны и сознание куда-то плывет, как будто снова засыпает.

— Мы ждали, пока ты очнешься…

— Где Инга? — выдыхает он.

— Лука забрал. Павел приказал привезти ее на опознание киллера, Спартак с ней поехал.

Его подбрасывает от новой волны адреналина.

— Что?

Он пытается сесть, осоловело глядя на виноватого парня.

— Мы ничего не могли сделать…

— Пушка моя где?

— У Спартака. Забрал, чтобы врачи не увидели.

— Пальто принеси, — приказывает Влад. — Дай пистолет…

Он вытаскивает иглу от капельницы из вены.

С трудом встает, голова кружится. Его одежда в шкафу. Руки трясутся, пока он надевает брюки. Рубашки нет — выбросили испорченную.

— Сядешь за руль. Как вы могли ее отпустить?

— Павел гарантировал безопасность.

— Плевать мне, что Павел гарантировал…

В машине он прислоняется к окну головой, закрыв глаза. В койке почти ничего не беспокоило. Когда встал, все начало болеть.

Он рассматривает на руке, в которой держит пушку, отпечатки ее пальчиков. Как же Инга ее сжимала, если синяки остались…

Мыслей нет — оглушенный. Эмоций тоже. Даже злости на своих. Даже интереса, кто стрелял.

Дик думает, машину не пропустят, но подумав, охрана открывает ворота.

— Где Лука? — спрашивает охранника на крыльце.

— Уехал.

Дик оглядывается: машины двоюродного брата и вправду нет.

— Дик! — когда входит в холл, устало, но решительно, к нему бросается Спартак.

Вроде целый.

— Где она?

— Все нормально. Инга в ванной.

Он стоит, опустив оружие дулом к полу. Пытается осознать, что ничего дурного не случилось.

Хотя ее нужно спрашивать, а не Спартака.

— Влад, — на вершине лестницы появляется личный телохранитель дяди. Тот самый, который держал его, пока второй бил в живот. — Дядя тебя ждет.

— Потом, — обрывает он оправдания Спартака и поднимается по лестнице.

Даже не осознавал, откуда взялась эмоциональная тупость, когда сюда ехал. В каком напряжении был. А теперь просто усталость.

И боль в простреленном плече, наконец почувствовал. Каждое движение отдается. Скоро невыносимо станет.

Дверь в кабинет дяди открыта.

Он сам за столом, но встает при его появлении.

— Влад…

— Ты не имел права ее забирать! — рычит он, почти два месяца не видел, и дядя как будто сдал за это время, но вместо сочувствия Дик испытывает гнев. — Почему ее привезли, пока я был без сознания⁈ Послал Луку!