Книга Только твоя, страница 63 – Виктория Королёва

— Что это было… — слышу сдавленное за спиной и оборачиваюсь.

Рыжеволосая девушка сидит на ступенях и смотрит на нас. Вся всклокоченная, майка порвана, поддерживает её рукой. Глаза шальные, губы дрожат. Такая же напуганная, как и мы. И самое убойное это то, что она такая же слабая женщина, как и мы, соответственно никакой помощи и поддержки оказать не в силах.

Я слаба в юриспруденции, но даже мне кажется очень странным, что арестовали сразу троих братьев, такое ощущение, что дом специально обезглавили. От этих мыслей паника по коже колючими иглами. Стараюсь дышать глубже и успокоиться, если сейчас я впаду в состояние, при котором не смогу принимать здравые решения, будет только хуже. Отсидеться в комнате не получится. В мох интересах, чтобы они как можно скорее вернулись обратно.

В голове разношёрстные мысли и гипотезы. Не хочу верить в правоту государственных органов. Может быть это ошибка? А вдруг это подстава? Что из этого хуже тоже не понимаю. Тяжело оценить масштаб проблемы если не разбираешься, оттого и сужу поверхностно. И тут нет ничего радостного.

Кто бы знал, как это тяжело сделать, особенно когда перед глазами момент их захвата. Вели себя нагло, абсолютно ничего не боясь. Впервые думаю о том, чьё этот дом не крепость, не чувствую себя под защитой как раньше. Я хочу быть девочкой дальше, принятие сильных и волевых решений не для меня. Мама всегда говорила, что это обязанности мужчины в доме, женщина для другого. И вот она как повернулась жизнь.

— Что он сказал? — вопрос Оксаны.

Не отвечаю, потому что рывками практически через физическую боль иду в столовую, беру телефон с того самого места куда его кладёт Фархад и возвращаюсь, обратно передавая блондинке. Смотри непонимающе, такая же напуганная, хрупкая и маленькая как я. В какую-то секунду мне кажется, что единственный человек с железным стрежнем это та самая рыжеволосая сидящая на ступеньках, но право что-то решать я ей не дам, гордость не позволит.

— Твой день рождения, — киваю на телефон.

Пока она набирает код, рыжая скованно поднимается, словно ноги не держат и подходит ближе. Забираю гаджет из дрожащих рук и достаточно быстро нахожу номер адвоката. Внезапно останавливаюсь и сморю на Оксану. Есть что-то неправильное в том, что я делаю, не знаю, что, но я как будто бы заняла её роль.

— Нужно позвонить.

— Да…

Она понимает о чём я говорю, но мы как в прострации. Не двигаемся и дышим через раз застывая статуями. Казалось бы, так просто нажать на пару кнопок, но если мы это сделаем, то придётся ещё раз поверить в происходящее, а это становится больно сделать. Мозг отчаянно сопротивляется. Медлить нельзя и перекричать собственный страх невозможно.

— Звони, чё ждёшь? — вставляет свои пять копеек девушка, которую притащил Арман.

Не удостаиваю её и взглядом, тихо злюсь. Простые правила приличия этой даме не знакомы.

— Давай ты, ты его жена, — тихо шепчет.

— Охренеть… ты все тут сковырнутые на голову! — переводит взгляд с меня на Оксану и обратно, чётко и быстро распутав весь клубок, — К чёрту идите, я тут не останусь!

Резво направляется в сторону двери вот как есть, босая. Пронзаю взглядом спину. Ярость взбунтовалась, нервная система не справляется и страх превращается в агрессию. Аллах один знает, чего мне стоит не вцепиться в её волосы и не оттаскать. Видит небо эта девица заслужила.