Книга Кровь и Белые хризантемы, страница 78 – Ольга ХЕ

— Теперь попробуем направить, — скомандовал магистр Игнаций. — Леди Вайолет, я хочу, чтобы вы визуализировали не успокоение, а… канал. Представьте, что вы прокладываете путь для этой силы. Не гасите её, а ведите.

Это было невероятно сложно. Раньше её дар был пассивным щитом или утешением. Теперь же ей приходилось активно взаимодействовать с бушующей энергией, не подавляя её. Она мысленно протянула к нему тончайшую серебристую нить — не для того, чтобы связать, а чтобы указать направление.

Лео ахнул, его глаза широко распахнулись. По его руке, там, где обычно ползли хаотичные алые молнии, пробежала ровная, яркая полоса чистого золотого света. Она была короткой и тут же погасла, но это был не взрыв — это был контролируемый выброс.

— Повторите, — тут же сказал лорд Маркус, и Вайолет увидела, как его пальцы сжали подлокотник кресла.

Они работали ещё час. Вайолет училась модулировать свой дар, находить разные «частоты» — от глухого щита, который просто сдерживал бурю, до тонкого резонанса, который заставлял силу Лео звучать в унисон с её спокойствием. Она чувствовала, как её собственная энергия истощается, голова начинала болеть от напряжения.

В какой-то момент, когда она попыталась создать тот самый «буфер» в небольшом кристалле, её силы иссякли. Она пошатнулась, и мир поплыл перед глазами.

Сильная рука схватила её за локоть, не давая упасть. Это был Лео. Он встал, его собственное лицо было бледным от концентрации, но в его глазах не было привычного раздражения. Было что-то новое — ошеломлённое, почти уважительное понимание.

— Хватит, — коротко бросил он, глядя на отца и магистра. — Она на пределе.

— Согласен, — отозвался магистр Игнаций, делая пометки в свитке. — На сегодня достаточно. Эмпатическое перенапряжение. Ей нужен отдых.

Лео не отпускал её локоть, пока она не опустилась в кресло. Его прикосновение было уже не грубым, а… поддерживающим.

— Ты… — он начал и замолчал, не находя слов. — Это было… иначе.

Вайолет, тяжело дыша, лишь кивнула. Она смотрела на него и видела не монстра и не принца, а сложнейший, повреждённый механизм, к которому она, наконец, нашла не грубый ключ, а первую схему.

Лорд Маркус медленно поднялся.

— Вы оба сделали больше, чем я ожидал, — произнёс он, и его голос потерял привычную ледяную отстранённость. В нём звучала твёрдая, деловая уверенность. — Мы на правильном пути. Это не магия. Это наука. И мы её постигнем.

Когда они выходили из кабинета, Лео шёл рядом, и его плечо почти касалось её плеча. Он молча проводил её до дверей её покоев, и эта прогулка по вечерним коридорам была полна нового, странного напряжения.

— Ты можешь... чувствовать это до сих пор? — наконец прервал молчание Лео, остановившись у её двери. Его голос был непривычно тихим, без привычной металлической нотки. — Ту структуру, что ты создала?

Вайолет покачала головой, встречая его взгляд. В его золотистых глазах не было бури — лишь глубокая, сосредоточенная усталость, как у человека, впервые за долгие годы сумевшего по-настоящему расслабиться.

— Нет. Это было... мгновенно. Как вспышка. Но я помню ощущение. — Она замолчала, подбирая слова. — Как будто я наконец-то не просто гасила пожар, а... увидела архитектуру горящего здания.

Уголок его губ дрогнул в намёке на что-то, что могло бы стать улыбкой.