Книга Попаданка: Алиса в чужом мире, страница 46 – Нина Марченко

Эдвин преобразился. Его аура вспыхнула ослепительным светом, а глаза засияли всеми цветами радуги.

— Начинаем, — произнёс он.

Чародейка атаковала первой — её заклинания были мощными, хитрыми, полными коварства. Но каждый раз, когда она пробивала защиту Эдвина, мы восполняли его силы. Теодор подсказывал контрзаклинания, Айвериен поддерживала общий щит, Аларион отвлекал внимание, а мы с Мертимором создавали вихри, сбивающие её с ритма.

Битва длилась часами. Силы были на исходе. Я чувствовала, как дрожат руки, а магия почти иссякла. Мертимор тоже был измотан — его обычно бледное лицо стало совсем белым.

Внезапно Чародейка изменила тактику. Вместо прямого удара она создала иллюзию — точную копию себя, которая начала отвлекать наше внимание. Пока мы сосредоточились на фальшивой цели, настоящая Чародейка метнулась в сторону.

— Алиса! — закричал Мертимор, но было поздно.

Резкий порыв чёрного ветра окутал меня, и пространство вокруг исказилось. Последнее, что я увидела, — искажённое ужасом лицо Мертимора, его протянутую руку, пытающуюся схватить меня за ладонь…

— Нет! — его крик эхом отразился от стен академии.

А затем мир вокруг померк, и я ощутила, как меня уносит прочь — сквозь слои реальности, прочь от друзей, от Мертимора, от всего, что стало мне дорого.

Когда сознание вернулось, я обнаружила себя в странном месте. Высокие стены из чёрного камня, покрытые извивающимися рунами, тусклый свет от висящих в воздухе кристаллов, и в центре зала — трон, на котором восседала Чародейка. Она смотрела на меня с холодной улыбкой:

— Наконец‑то мы остались наедине, иномирная девушка. Теперь ты поможешь мне восстановить силу проклятия. Или умрёшь, пытаясь сопротивляться.

Я сжала кулаки, чувствуя, как в груди разгорается огонёк магии — последний остаток нашей с Мертимором связи.

— Я никогда тебе не помогу, — твёрдо сказала я.

Чародейка поднялась с трона и медленно направилась ко мне:

— Посмотрим, насколько хватит твоей стойкости. Время работает на меня…

ГЛАВА 17. Испытания воли

Она взмахнула рукой, и цепи, появившиеся из ниоткуда, сковали мои запястья и лодыжки. Холод металла проникал в кожу, высасывая остатки сил.

Чародейка остановилась в шаге от меня и пристально всмотрелась в моё лицо:

— Ты даже не понимаешь, чем являешься, не так ли? — её голос стал тише, почти задумчивым. — Иномирная кровь… Она не просто так попала в Редингон. Ты — ключ.

— Ключ к чему? — я старалась говорить уверенно, но голос дрогнул.

— К балансу миров, — Чародейка отошла к стене и провела пальцами по древним рунам. — Когда‑то давно маги Редингона заключили договор с другими мирами: в обмен на стабильность они получали приток свежей магии. Но для этого нужен был проводник — душа, способная перемещаться между мирами и уравновешивать потоки.

Она повернулась ко мне, и её фиолетовые глаза сверкнули:

— Ты — последний из таких проводников. Твоя магия не принадлежит ни одному миру. Она — мост между ними. Именно поэтому ты смогла объединить огонь и ветер, именно поэтому ваша связь с тем юношей так сильна.

— Но зачем ты это рассказываешь? — я попыталась скрыть дрожь в голосе.

— Потому что ты можешь помочь мне восстановить истинную силу, — Чародейка приблизилась снова. — Вместе мы сможем не просто насылать болезни, а управлять самими основами мироздания.