Книга Этика греха, страница 15 – Анна Есина

— Вставай, не сдавайся! — кричали болельщики.

Крицкий поднялся, его лицо исказила гримаса ярости. Он ринулся в атаку, нанося тяжёлые удары. Бойцы сцепились в клинче [клинч — это специальная техника в единоборствах, при которой боец плотно прижимается к противнику и обхватывает его руками для сдерживания его действий], их тела сплелись в единый клубок.

— Так его! — ревела толпа. — Покажи, кто здесь главный!

Ева наблюдала за боем, чувствуя, как учащённо бьётся сердце. Она видела, как бойцы ломают друг другу технику, как читают движения противника, как работают на пределе возможностей.

В решающий момент Влад провёл сокрушительный удар правой, отправив соперника в нокаут. Зал взорвался аплодисментами, а Крицкий поднял руки в победном жесте.

Рефери объявил победителя и вздёрнул его за руку, болельщики взорвались овациями. Громче всех надрывались девушки, одна из них разорвала на себе майку и подскочила к канатам, тряся обнажёнными прелестями размера, наверное, третьего, которые украшала надпись чёрным маркером «Криз».

Крицкий по достоинству оценил выходку раскрепощённой девицы, ухмыльнулся и смял в ладонях упругие полушария. Девица закатила глаза от удовольствия, а Ева от нежелания понять, что она, преподаватель основ этико-эстетической культуры иркутского госуниверситета с десятилетним стажем, забыла в столь злачном месте.

И тут он поднял голову и как-то сразу выхватил её взглядом из толпы. Усмешка превратилась в оскал. Он поднырнул под канатами и, не обращая внимания на хлопки по спине и плечам, позабыв о своей подружке с разрисованной грудью, двинулся к Еве пружинистой походкой. Так, наверное, мог бы вышагивать лев по территории своего прайда. Грациозно и со знаем, что всё здесь принадлежит ему.

Она подавила желание скрестить руки на груди. От такого хотелось обороняться, но показывать этого не следовало.

— Привет, — он подошёл почти вплотную, в нос ударил крепкий запах пота и сигарет. Не самое приятное сочетание.

Ева отступила на шаг.

— Привет, — она мельком взглянула на его лицо и тут же отвела глаза. Ткнула себя пальцем в кончик брови. — У тебя кровь — вот здесь и здесь, — она показала на уголок губ.

— Значит, мне срочно нужна медицинская помощь, — он снова нарушил её личное пространство, — поиграем в больничку?

— Зачем я здесь? — она с трудом удержала себя на месте.

— Тебе не говорили, что отвечать вопросом на вопрос — невежливо?

— А шантажировать людей и пользоваться превосходством в физической силе — вежливо? Или у вас в мажорской школе так было принято?

Влад засмеялся, легко и непринуждённо. Резкие черты лица сгладились, обнажая всю прелесть юношеской природы. В который раз её посетила идея, не страдает ли он раздвоением личности. Слишком уж броскими казались контрасты его настроений.

— Туше, — он сверкнул зубами. — В моей мажорской школе, как ты выразилась, учили подчиняться приказам. Ать-два, левой-правой, сесть-встать-упор лёжа принять.

Мимо прошла небольшая группа зрителей, двое парней — по виду совершенные головорезы — обогнули Еву с обеих сторон и хлопнули победителя сегодняшнего боя по плечам.

— Красава, Владос!

— Держи мазу, Криз!

Влад не отреагировал. Ева спросила невозмутимо:

— Школа с военным уклоном?

— Суворовское военное училище. Так и будем стоять в коридоре или поднимемся ко мне в кабинет?