Книга Ураганная эпоха, страница 41 – Сергей Плотников, Варвара Мадоши

— Ладно, — сказала Лёвка. — А вот это: религиозное воспитание? Тут со звездочкой. То есть вообще-то это не обязательно, но можно выбить дополнительную штатную единицу и фонды… например, для «совместного посещения религиозных мероприятий», тут так написано.

— О, то есть это когда мы всех желающих возим на Снисхождение и Милосердие Господне в Энтокос в храм? — обрадовалась Ксюша. — Значит, под это можно дополнительное бабло получить? И возить не в Энтокос, а сразу в Чандрос или в Челюсти?

— Да хоть в Каликию, если обоснуем, — фыркнула Рина. — Там у нас в регионе центр диоцеза, если я верно помню?

На самом деле на Снисхождение немногие оставались в школе, большая часть возвращалась по домам — к тому времени у нас уже в основном обучались ребята из обычных семей. Однако случалось всякое. И не только в отрицательном ключе: некоторые ребята постарше предпочитали провести зимние каникулы в школе для дополнительных тренировок или чтобы с друзьями побыть. (Или чтобы крутить романы, но тут мы придерживались политики «не пойман, не вор». В смысле, предохраняетесь, хоть магией, хоть другими методами, и не попадаетесь на глаза преподам в компрометирующих позах? Ну и валяйте целуйтесь себе на здоровье.) У нас для этого имелась так называемая «программа дополнительного зимнего обучения» с ограниченным числом мест, но всем желающим обычно хватало.

А вот на День Милосердия Господня — крупный весенний праздник, по моим ощущениям, не такой важный, как Пасха в моем прежнем мире, но всеми любимый и приходящийся обычно как раз перед Майской неделей традиционных орденских праздников — желающих поехать на церковную службу именно со школой имелось немало. Школьные каникулы традиционно начинались уже после Милосердия, и, поскольку оно считалось особо посвященным детям и молодежи, многие образовательные учреждения устраивали на него собственные праздники.

Ну и мы в свое время решили не отставать. Даже самопровозглашенная атеистка Ксюша не сопротивлялась: мол, что она, дура, отказываться самой и отказывать детям в лишней движухе? Службы в церкви, правда, тут тоже долгие и довольно тягомотные, но от прихожан требуется больше участия: и восклицать надо время от времени вместе со всеми, и петь иногда, и даже пританцовывать, как в американских негритянских церквях. Ну, не так зажигательно, правда. А перед храмом в праздники в Энтокосе всегда устраивают какие-то дополнительные развлечения: палатки с угощением, хороводы, пироги, конкурсы еще прежних деревенских времен, вроде влезания на столб с призами… Короче, не Диснейленд, но после размеренного уединенного быта в Замке обычно даже избалованным современным подросткам заходило на ура!

— Так что, подаем документы на это самое «религиозное воспитание»? — спросила Ксюша, когда мы закончили обсуждать этот вопрос. — Или ну его?

— Ну почему? — заметил я. — Мы же выиграли грант на расширение школы, новый корпус вот доделываем… Ребят будет больше, а любая экскурсия — это накладно. Дело же одним Милосердием и Снисхождением не исчерпывается…

— Точно! — щелкнула пальцами Рина. — Можно же детей по всяким интересным храмам и монастырям в более мелкие праздники возить, и заодно еще в музей какой-нибудь или в парк, а оформлять как мероприятие для воспитание религиозных чувств!